К горлу подступает ком, и я едва сдерживаю себя, чтобы не присоединиться к маме. Не хочу больше плакать. Устала.
- Пойдем на кухню, - нежно целует меня в лоб и проводит ладонью по волосам.
При мысли о еде в животе начинает урчать. Даже не помню, когда ела в последний раз. За эти несколько дней из-за голода и стресса я очень сильно похудела и приобрела болезненный вид: щеки впали, под глазами образовались ужасные темные круги, а вес снизился как минимум килограммов на десять.
- Папы нет дома? - спрашиваю у мамы, садясь за стол.
- Уехал по делам, скоро вернется.
Пока я пытаюсь осилить свой обед или, скорее, полдник, возвращается Лада, а следом за ней и папа. Приходится снова извиняться за свой поступок и выслушивать лекцию о том, как родители переживают за меня и хотят, чтобы к ним поскорее вернулась их жизнерадостная девочка. Вот только она не вернется. Над этой милой, доброй и светлой девочкой неоднократно поиздевались, надругались и стерли улыбку с ее лица. Теперь она иногда появляется, только когда рядом находится определенный человек. Если меня увезут из города, не знаю, что со мной станет. Без Вовы...
- Я не хочу уезжать. Мне нужны мои друзья, - решаюсь снова поднять эту тему. - Я приехала в город, чтобы найти работу и поступить в университет. И я это сделаю.
- Ты уже нашла работу, - папа смотрит на меня с самым серьезным выражением лица, какое только видела. - Эмма, я не думал, что моя девочка будет работать в баре. Выступать перед толпой пьяных и вонючих мужиков. Тебе это нравится?
- Мне нравится петь, а перед кем - не важно.
- Вот и допелась! - повышает голос, и я тут же сжимаюсь.
- Вадим... - пытается вмешаться мама.
- Что "Вадим"?! Посмотри, до чего дошла наша дочь! Я разве могу спокойно на все это реагировать?!
- Криками ничего не исправишь.
Я ничего не чувствую, кроме злости на саму себя. Меньше всего хотелось разочаровывать родителей. Но я поступила так, как подсказывало сердце. Мне нравится петь, и полюбила бар Фрэда. Наши посиделки с друзьями Лады, шуточки Дикса и музыка. Я чувствую, что там мое место, и из-за каких-то уродов не готова отказаться от всего.
- Я не желаю, чтобы ты ходила в тот бар, - наконец папа возвращает свое внимание мне, - и тем более выступала там. Если пообещаешь, что забудешь туда дорогу, мы позволим тебе остаться в городе.
Недолго думая, киваю, тем самым соглашаясь на папины условия.
- Обещаю.
Сейчас самое главное - остаться в городе, а остальное решится само собой.
- Женщина, которая тебя привезла, оставила свою визитку, - берет с подоконника маленькую белую карточку и протягивает мне, - сказала, чтобы ты позвонила ей.
Только сейчас вспоминаю, что отключилась, едва переступив порог квартиры. Я так и не заплатила моей спасительнице. Читаю имя, выведенное золотыми буквами на белом фоне: "Зеленцова Наталья Федоровна, арт-директор салона красоты". Обязательно нужно будет позвонить ей и поблагодарить еще раз. Не представляю, что могло произойти, если бы она не остановилась и не помогла мне оттуда выбраться.
Несмотря на дикую усталость, я вынуждена взять себя в руки и поехать с родителями в полицейский участок. Отсидев небольшую очередь к следователю, проходим в просторный кабинет, и мне приходится снова прокрутить в голове все детали того ужаса, который пережила. Я словно отключила все чувства и рассказала все так, будто это случилось не со мной, а с кем-то другим. Безэмоциально выдала все, что запомнила, описала моих похитителей и дом, в котором меня держали, а также назвала имена.
После нескольких минут тишины следователь, наконец, тяжело вздохнул, черкнул что-то ручкой на листке бумаги и поднял на нас усталый взгляд.
- Вы должны понимать, что это детки богатых и очень влиятельных родителей. Один парень - сын прокурора, второй - депутата. Нам уже поступали на них жалобы, и даже пытались дать делу ход, но... - пожимает плечами. - Как я и сказал, их родители высокопоставленные лица, поэтому не могу ничего обещать.
- Нам от этого должно быть легче?! - срывается папа. - Мою дочь похитили, драли ее до потери сознания, а теперь им все должно сойти с рук?! Вы вообще понимаете, что говорите?
- Я прекрасно понимаю ваши чувства. У меня тоже есть малолетняя дочь. Но что я, простой следователь, могу сделать? Будь моя воля, устроил бы для этих уродов то же самое, что они делают с девушками. Вы написали заявление, и я сделаю все возможное, но кто их родители, вы уже знаете. Поэтому я бы не рассчитывал на какое-то серьезное наказание.
Не желаю больше ничего слушать. Зря мы приехали сюда. Только в очередной раз заставили думать о том ужасе, который я изо всех сил стараюсь забыть. Поднимаюсь со стула и выбегаю из кабинета. Оказавшись за дверью, в пустом коридоре, даю волю слезам. Я не хотела плакать, но все чувства сами собой рвутся наружу. Почему наш мир настолько жесток, что позволяет таким уродам делать все безнаказанно?! Почему такие, как я, должны быть игрушками в их руках и страдать?! Почему?!
Сползаю по стене и сажусь на пол, закрывая лицо руками. Еще несколько часов назад я была почти счастлива и на некоторое время смогла выбросить из головы все плохое, что со мной случилось. А сейчас мне снова разрывает душу в клочья. Как мне справиться с этим? Как жить дальше?
Глава 19
Сегодня день рождения моей мамы, но из-за того, что папе нужно срочно выйти на работу, празднования не будет. Обидно. Мне хотелось устроить для мамы праздник и провести этот день в кругу семьи, но родители собрались домой рано утром. Грустно с ними прощаться, и в то же время мечтаю остаться наедине с собой. Никого не желаю видеть и слышать. Хочу, чтобы не напоминали о случившемся, все забыть и продолжать жить дальше.
- Не переживайте, со мной все будет хорошо, - пытаюсь убедить родителей, стоя возле их машины.
Папа заключает меня в крепкие объятия и целует в макушку. Мама в этот момент утирает платком слезы и держит меня за руку. Как только папа отстраняется, на смену ему приходит мама.
- Моя девочка, - тихонько произносит она, - звони мне чаще, будь всегда на связи.
- Хорошо, мам.
Вчера Лада принесла мне подарок от всех наших друзей - новый смартфон. Он, конечно, не сравнится с моим стареньким телефоном, который утопили в стакане... Так что теперь я снова буду на связи со своими родными и друзьями.
Распрощавшись с родителями, возвращаюсь в квартиру и закрываюсь в своей комнате. Наконец-то меня никто не будет трогать, задавать вопросы и пытаться отвлечь. Скоро все встанет на свои места, боль отступит, а воспоминания... останутся лишь воспоминаниями. Может, теперь начнется светлая полоса в моей жизни? Ведь не может же все время быть плохо?
Слышу щелчок замка и как в квартиру кто-то входит. Примерно через минуту в мою дверь стучат и медленно приоткрывают.
- Можно? - с улыбкой спрашивает Лада.
Я всегда рада сестре. Она поддерживает меня с тех самых пор, как я вернулась в город. Благодаря ей я познакомилась с новыми людьми и... Вовой.
- Конечно, - отвечаю Ладе и сажусь на кровать в позу лотоса.
Проходит в комнату и молча опускается рядом со мной.
- Я пригласила к нам несколько человек. Надеюсь, ты не против гостей?
Мой план побыть одной в тишине и покое летит к чертям. Как бы мне не хотелось остаться одной, не могу отказать сестре. Поэтому придется снова натянуть маску и делать вид, что я в порядке.
- Ну, ты же уже пригласила, - выдавливаю улыбку, чтобы Лада не подумала, что это упрек.
- Если хочешь побыть одна, то я скажу им не приходить. Но, думаю, тебе пойдет на пользу общение.
- Все нормально. Пускай приходят.
Как только я произношу эти слова, раздается звонок в дверь.
- Надо же, как по волшебству, - смеется сестра и вскакивает с кровати.