– Ты можешь быть в отпуске сколько угодно! Я не за это плачу тебе зарплату!
К глазам подступают предательские слёзы. За что она так со мной? Мне нельзя терять эту работу! За счёт чего жить?
– Зоя Константиновна, пожалуйста…
– Всё, Эмма, хватит. Раз у тебя есть более важные дела, чем работа, значит, пора нам прощаться. Не затягивай с заявлением.
Продолжать уговоры бесполезно. Она поставила меня перед фактом. Безусловно, дать показания на суде и поспособствовать наказанию подонков – важно. Но и без работы я не смогу! Начальница даже не поинтересовалась, почему мне нужно уехать. Ей всё равно!
– Если вы и так собирались меня уволить, могли сразу сказать.
Резко встаю со стула, и он едва не переворачивается. Вылетаю из кабинета и громко хлопаю дверью. На меня обращены взоры всего персонала и клиентов. Плевать! Все против меня! Но что я такого сделала?! Почему со мной так поступают?
Вылетаю на улицу и сталкиваюсь на крыльце с новеньким.
– Воу, осторожнее, – проговаривает и осматривает меня с головы до ног.
Делаю то же самое, но не как он, с интересом, а со злостью. Я в бешенстве, ужасно зла на Зою и этого… Ваню. Если бы не он, меня не уволили!
– Сама знаю, – бросаю и спускаюсь по ступенькам.
– Эмма! Подожди! – следом из кафе вылетает Снежана. – Что случилось?
– Она меня уволила! И всё из-за этого! – указываю на парня, который продолжает рассматривать меня. – Чего пялишься?
– Ничего, – ухмыляется.
Сверлю его взглядом.
– Подожди, это какая-то глупость, – начинает Снежана, – она, наверное, просто не разобралась в ситуации!
– Она даже не пыталась. Сразу сказала писать заявление.
– Я с ней поговорю, хочешь?
– Не стоит. Я пойду. Потом созвонимся.
– Эмм… – собирается сказать что-то ещё, но больше не желаю никого слушать.
Бросив последний взгляд на брюнета, разворачиваюсь и ухожу. Ненавижу мажоров! Какого хрена ему вообще понадобилось устраиваться в наше кафе? Наше… Я больше не являюсь его частью. Не могу сказать, будто любила эту работу, но мне нравилась атмосфера. Привыкла за столько времени. Здесь не приходилось думать об одиночестве, всегда окружали люди.
Почему в один момент на меня свалилось такое количество неприятностей? Стоило съездить на родину, как где-то прорвало мешок с адскими испытаниями. За что? Неужели я мало пережила и нужно не просто опустить на дно, а ещё и хорошенько втоптать? Как же устала от всего! Не знаю, что делать. Как привести свою жизнь в порядок? Руки опускаются…
На плечо падает капля, и я поднимаю взгляд вверх. Над головой чёрное, как смоль, небо. Всё словно по заказу. Не хватает только намокнуть, заболеть и умереть в мучениях из-за отсутствия денег на лекарства.
Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что забрела в совершенно незнакомый район. Останавливаюсь, ища место, где смогу укрыться от дождя. Стоматология, аптека, салон красоты и… дальше по улице бар. Отлично. Пожалуй, это именно то, в чём я нуждаюсь в данный момент.
Пока ещё не промокла до нитки, ускоряю шаг и вхожу внутрь. Меня встречает приятный полумрак и приглушенная музыка. В голове сразу же всплывают воспоминания того, как работала на Фрэда. Становится тяжело на сердце. Тогда я была счастлива и преисполнена надежд на светлое будущее.
Подхожу к барной стойке и приземляюсь на высокий стул.
– Текилу, пожалуйста, – делаю заказ бармену.
Молча поворачивается к огромному количеству бутылок и выбирает одну. Через мгновение передо мной уже стоит шот с крепким алкоголем. Выпиваю одним глотком и прошу повторить.
– У Вас что-то случилось? – осторожно спрашивает, наливая очередную порцию «яда».
Издаю смешок. Сейчас будет разговор с барменом-психологом как в типичных американских фильмах?
– Жизнь у меня случилась. Хреновая жизнь.
Спустя минут пятнадцать, когда опустошаю… не знаю какой по счёту шот, выкладываю парню всё, что произошло со мной за последнюю неделю.
– А ведь я когда-то тоже работала в баре, – рассказываю заплетающимся языком.
– Серьёзно? Тоже барменом? – удивляется.
Качаю головой и понимаю: совершаю большую ошибку. В голове и так штормит не по-детски, а я сильнее усугубляю своё состояние.
– Пела. Живая музыка, все дела.
– Это круто! У нас, к сожалению, нет живой музыки.
– У вас, наверное, и не насилуют никого, – перед глазами плывёт.
Хватаю очередной шот и залпом заливаю его в себя. Морщусь и жду, когда алкоголь перестанет обжигать все внутренности.
– Да, вроде, нет… – теряется парень.
– Вот скажи, почему одним достаётся всё, а другие должны бороться за каждую копейку, за внимание, за своё место под солнцем?