– Какие цветы? – удивляется.
На секунду застываю на месте. Значит, они не от Игоря? Тогда от кого?
– Мне только что курьер принёс букет. Думала, это ты романтик, – дразню, – нашла записку, сейчас посмотрю, кто адресант.
«С днём рождения, куколка. Оставайся такой же сладкой и незабываемой, как наша ночь. Мы о ней уж точно не забудем. Твои лучшие любовники».
Всё тело пробивает дрожь. Ноги подкашиваются. Хватаюсь за стол и медленно опускаюсь на ледяной пол. Нет… Нет. Только не они. Начинает трясти так сильно, что зуб на зуб не попадает. Дыхание перехватывает, будто чьи-то невидимые руки с силой сжали моё горло, не позволяя сделать вдох. Жадно хватаю воздух. Перед глазами образуется серая пелена из слёз. Одна за другой они скатываются по щекам, попадая в рот. В груди жжёт, словно к сердцу прижали раскалённую кочергу, намереваясь оставить ещё больше шрамов. Из меня вырывается всхлип. Один. Второй. Третий. Начинаю громко рыдать, совершенно перестав контролировать себя. Сжимаюсь клубочком, желая отгородиться от всего мира, оказаться где-то далеко-далеко отсюда. Перестать чувствовать эту адскую боль. Забыть обо всём, что со мной сделали. Выбросить из головы воспоминания и развеять образ этих скотов.
Где-то вдалеке снова и снова слышится мелодия телефона. Не знаю, сколько проходит времени, пока я немного прихожу в чувства, но только для того, чтобы дотянуться до телефона и ответить на звонок:
– Игорь… они… – всхлип, – они нашли меня.
Глава 10
«Успокойся, не паникуй. Сиди дома, никому не открывай. Жди», – всё, что сказал Игорь, прежде чем бросить трубку. Прошло уже больше часа, как я ему позвонила. Продолжаю по-прежнему неподвижно сидеть на полу кухни, не в состоянии подняться и что-либо сделать. Этим насильникам в очередной раз удалось выбить меня из равновесия.
Зачем прислали цветы? Хотят запугать? Так я и без того боюсь! Складывается впечатление, им доставляет удовольствие играть со мной в свои садистские игры. Кажется, словно они огромные голодные коты, а я маленькая, загнанная в угол мышка. Сколько бы ни старалась убежать, спрятаться, всё равно находят. Устала скрываться и постоянно вздрагивать от каждого шороха. Надеялась, хотя бы в этом городе не достанут, думала, я в безопасности.
Из меня вырывается смешок. Начинаю смеяться, будто сумасшедшая, и не могу остановиться. По щекам стекают слёзы. Одни смахиваю, другие глотаю. Бросаю взгляд на валяющиеся рядом цветы. Не хочу, чтобы в моём доме было что-то от этих уродов.
Хватаю букет, поднимаюсь и на дрожащих ногах подхожу к окну. Распахнув его, выбрасываю проклятый веник. Наблюдаю, как он падает на землю и лепестки разлетаются в разные стороны. Ветер тут же их подхватывает и разносит по безлюдной улице. Жаль, нельзя точно так же избавиться от всех проблем, чувств, воспоминаний и страхов.
Несмотря на тридцатиградусную жару, тело пробивает озноб. Обхватываю себя руками, желая хоть немного согреться. Не помогает.
После той грязи, в какую меня снова окунули, хочется встать под обжигающий душ. Следую порыву и направляюсь в ванную. Включаю воду на полную мощность и, сбросив с себя одежду, переступаю через бортик ванны. Вздрагиваю, когда кожи касаются чересчур горячие капли, но заставляю себя стоять. Закрываю сливное отверстие пробкой, позволяя набраться воде. Дожидаюсь, пока она доберётся практически до самых краёв, и опускаюсь на дно.
Обхватываю колени руками и возвращаюсь мыслями к случившемуся. Думала, хуже дня рождения и быть не может, но «лучшим любовникам» удалось испортить его ещё больше. Уроды!
Понятия не имею, что теперь делать. Неужели никогда не оставят меня в покое? До конца дней станут преследовать и напоминать о себе? Или они специально запугивают перед судом, чтобы не свидетельствовала против них? Если так же поступят со всеми свидетелями, то показания будет некому давать. Тогда их отпустят, и эти сволочи снова окажутся на свободе. Вернутся к любимому делу – продолжат похищать и насиловать бедных девушек.
Не позволю такому произойти. Даже если придётся одной выступить на суде, я это сделаю. Пусть только моих слов недостаточно, но зато буду знать, что, по крайней мере, попыталась что-то сделать. Не испугалась и пустила всё на самотёк.
Не знаю, сколько времени лежу в воде, но она уже практически холодная. Я начинаю замерзать. Держась за стену, поднимаюсь на совсем обмякшие ноги. Наспех вытираюсь, набрасываю халат и останавливаюсь перед дверью. Почему-то становится страшно выходить. Появляется такое ощущение, как после просмотра фильма ужасов. Но в несколько раз сильнее. Где-то в глубине души зарождается неприятное чувство, необъяснимая тревога. Знаю, снаружи никого нет, только покидать небольшое замкнутое пространство не хочется. Боюсь оказаться совершенно одна в этой пустой квартире, где слышно лишь собственное дыхание.