− Даю тебе слово. — В ледяных глазах Дрейка заплясал триумф. — Единожды данное слово может быть нарушено только смертью.
И это правда. Понятия не имею, почему Фейри связаны обещаниями, но они не могут их нарушить. Да будь то хоть сам Принц или Королева.
− Ты обещаешь немедленно освободить его и более не причинять вреда?
− Да.
− Айви, нет. Ты не можешь, − простонал Рен.
Больно игнорировать его, но я должна.
− Мне нужно время.
Принц склонил голову набок.
− Мне нужно время, чтобы примириться с мыслью о… нас с тобой, − с силой выдавила я, в то время как Рен дрожал рядом со мной. — Не могу так сразу. Я не такая.
Дрейк прищурился.
− Нет…
− Я прошу лишь о времени. Если ты не прислушаешься и продолжишь калечить Рена, клянусь, я найду способ покончить с этим. Ты вернешься в начало, ища новую Полукровку.
Когда Принц с силой сжал цепь, я почувствовала давление вокруг шеи.
− Сколько?
− Месяц.
− Нет. Неделя, − воспротивился он.
Этого было недостаточно, чтобы я смогла хотя бы попытаться найти выход из этого проклятого места.
− Четыре недели.
− Это месяц. − Принц вздохнул. − Две недели.
− Три, − ответила я. − Мне необходимо время, чтобы свыкнуться с этим. Чтобы почувствовать себя комфортно.
− Тебе не нужно чувствовать себя комфортно. Тебе лишь нужно позволить мне осеменить тебя.
Я моргнула.
− Ага. Вот почему мне нужно время, потому что ты говоришь такие вещи, пока я тут стою с ошейником на шее, и все, что я хочу, это плюнуть тебе в лицо.
Губы Принца скривились в отвращении.
− Отвратительно.
− Именно, − подтвердила я. − Мне нужно время.
− Сукин сын, − прорычал Рен, подтягиваясь на своих цепях. Его глаза приоткрылись до маленьких щелочек, а щеки побагровели от гнева. − Ты не притронешься к ней.
Мышцы напряглись на его плечах и груди.
− Я, черт возьми, убью тебя. Ты больной сукин сын, я прикончу тебя!
Принц послал Рену пренебрежительный взгляд.
− Три недели и ты подчинишься мне?
Мой желудок свело, но я кивнула.
− Скажи это, − приказал он.
− Три недели и я… подчинюсь тебе, − процедила я сквозь сжатые зубы.
Принц улыбнулся, обнажив белоснежные острые зубы.
− По рукам. − Он повернулся и выкрикнул что-то на незнакомом языке. Дверь открылась, и вошел коротко стриженный Древний. — Отпусти его.
− Подожди. Обещай мне, что не причинишь ему больше вреда, освободишь и дашь мне три недели, − потребовала я. — Дай мне слово.
На его лице напряглись мускулы.
Сердце ожесточенно билось в груди.
− Я должна услышать, как ты это обещаешь.
− Айви… − Рен беспомощно сжал и разжал руки.
− Обещаю тебе освободить его и не причинять более вреда, а так же заверяю, что предоставлю тебе три недели и ни дня больше, чтобы ты привыкла.
Цепь, казалось, сильнее въелась в шею, когда я прошептала: «По рукам».
− Нет, − воскликнул Рен. − Айви, ты не можешь…
− Ничего страшного, − заверила я, коснувшись его щеки. — У меня всё под контролем. Доверься мне, хорошо? — Прежде чем он успел ответить, я прижалась губами к его. — Всё будет хорошо, − добавила.
Рен попытался дотронуться до меня, но Дрейк потянул за цепь, и у меня не осталось иного выхода, кроме как подняться и отступить. Рен схватил меня скованными руками, выражение боли на его лице разбило мне сердце.
− Не делай этого, − с горечью сказал он. — Я не заслуживаю этого. Ты не можешь… пойти на такое.
− Конечно же, заслуживаешь. Я бы не смогла жить, если бы… − Поджав губы, я удерживала его взгляд, пока Дрейк выходил из комнаты. — Я люблю тебя. − Отступая, я пристально всматривалась в лицо Рена до тех пор, пока взор не размылся, и единственное, что я слышала, было грохотание цепей, с которыми он боролся, пытаясь встать на ноги. — Неважно, что будет дальше. Я люблю тебя.
Древний встал передо мной, заслонив Рена, но я услышала, как он закричал: «Не вздумай прикасаться к ней, ты, хренов мудила! Я разорву тебя на куски! Айви, нет!».
Я вздохнула, когда дверь закрылась, заглушая угрозы. Спустя секунду я ударилась спиной о дверь, а Принц наклонился ко мне. Рядом с нами мужчина хныкал на койке.
Принц приблизился лицом к моему.
− Если тебе взбрело в голову обмануть меня или играть со мной в игры, я приложу все усилия, чтобы ты стала молить о смерти, но, поверь мне, я откажу тебе в этом удовольствии. Я не дам тебе умереть до тех пор, пока твои волосы не поседеют, а кожа не посереет и сморщится, − низким и спокойным голосом отчеканил Дрейк. — И это обещание я не намерен нарушить. Ты меня поняла?