— Хорошо. — Артур стал серьезнее, не намного, но слышно. — Виллис нервничает. Пирс ему звонил. Наговорил всякого.
— Знаю. Виллис позвонит Торнтону.
— Уже позвонил. Мне только что сообщили.
Рой смотрел в окно. Быстрее, чем он думал.
— Торнтон захочет встретиться раньше двух недель.
— Захочет, — согласился Артур. — Ты готов?
— Почти.
— Что значит почти?
— Значит, мне нужно еще два дня.
Артур помолчал.
— Два дня. Хорошо. Но Рой, в следующий раз, когда у тебя есть информация о том, что кто-то из наших новых партнеров сливает данные ирландцам, говори мне сразу. Не жди пока Тоби найдет удобную ступеньку.
— Принято.
— И скажи Тоби, я ценю инициативу. Но телефоны надо отдавать сразу.
— Он отдал.
— Вовремя?
— Относительно.
— Относительно. — Артур снова помолчал с тем же удовольствием. — Рой.
— Что.
— Мне нравится эта ступенька. Это изящно. По-нашему.
— Это была случайность.
— Конечно, — сказал Артур. — Всегда случайность. Именно так это и должно выглядеть.
Он отключился.
Рой убрал телефон. Два дня. Хейл прислал бы файл по финансам Виллиса уже к пятнице, этого хватало.
Он написал Хейлу: «Ускорься. Два дня».
Хейл ответил одним словом: «Уже».
В пятницу вечером Рой получил файл. Без комментариев, только прикрепленный документ. Он открыл его за ужином, прочитал, закрыл ноутбук и доел суп. Потом открыл снова.
Финансы Виллиса оказались интересным чтением. Не в том смысле, что там было много денег — денег там как раз было меньше, чем должно быть у человека с его активами. В том смысле, что деньги утекали в одном направлении. Регулярно. С точностью метронома. Каждый квартал, одна и та же сумма на счет в Джерси, зарегистрированный на компанию с красивым названием и невнятным видом деятельности.
Рой позвонил Хейлу.
— Компания на Джерси.
— Работаю, — сказал Хейл. — Но уже есть кое-что.
— Слушаю.
— Бенефициар, не Виллис. Виллис, плательщик. Он должен. Давно. Думаю, лет шесть.
— Кому?
— Вот это интересно. — Хейл переставил зубочистку, Рой слышал этот звук по телефону столько раз, что узнавал его с полуоборота. — Конечная точка, трастовый фонд в Лихтенштейне. Фонд связан с несколькими активами в Великобритании. В том числе с одним очень знакомым именем.
— Торнтон.
Пауза.
— Ты уже знал, — сказал Хейл. Не вопрос.
— Подозревал. Флоренс, ассистентка Ашер, собирает досье на всех гостей своих клиентов. Тоби с ней разговаривал в Олдвич-Холле. — Рой закрыл ноутбук. — У Торнтона незаконнорожденный сын в Испании и привычка держать людей в долгах.
— Значит, Виллис, его человек.
— Виллис, его должник. Это не одно и то же. — Рой встал, подошел к окну. — Должник может работать на того, кто его простит. Или на того, кто предложит выход.
Хейл молчал секунду.
— Ты думаешь взять его.
— Я думаю подождать. — Рой смотрел на огни Хайгет. — Виллис подписал предварительное соглашение. Финальный договор, через месяц. Когда он поймет, что склады теперь наши и что Торнтон потерял свой канал, у него будет выбор. Либо он объясняет Торнтону, что произошло. Либо приходит к нам.
— А если он пойдет к Торнтону?
— Тогда у нас будет разговор с Торнтоном. — Рой отвернулся от окна. — Артур давно хотел этот разговор. Просто не знал, как начать.
— А теперь знает?
— Теперь Виллис знает. А это почти то же самое.
Хейл хмыкнул. Это был его эквивалент «отличная идея».
— Продолжать копать по Торнтону?
— Глубже. Антиквариат, поставки, таможня Фелькстоуна. Я хочу знать все, что через него прошло, прежде чем он придет к нам с предложением о дружбе.
— Он придет?
— Придет. Люди вроде Торнтона всегда приходят, когда теряют канал. Это их рефлекс — искать новый.
— Когда, думаешь?
— Месяц. Может, два.
Хейл кивнул — Рой услышал это по короткой паузе в трубке.
— Я позвоню Тоби. Пусть отследит его перемещения на следующей неделе.
— Добро.
Хейл отключился. Рой посмотрел в окно. За стеклом горели огни Лондона. Он думал о Торнтоне. О том, что человек, который ждал сообщения весь вечер, теперь будет искать новый канал. И о том, что этот канал может привести его туда, куда Рой не хотел бы его приводить.
Он посмотрел на телефон. Открыл контакты. Нашел «В. Ашер». Посмотрел на номер.
Убрал телефон в ящик стола.
За окном шел дождь.
◊◊◊
Клара позвонила в субботу в половине одиннадцатого.
— Ты жива?
— Жива.
— Ты уверена? Потому что последний раз ты писала мне три дня назад. «Он сказал я подожду» — и пропала. Я уже думала позвонить в скорую.