— Восемь лет, — сказал он.
— Восемь.
— Я строю бизнес двадцать пять лет. Этот человек восемь лет был рядом, и я его не знал.
— Ты не должен был знать. Он работал через Торнтона. Торнтон работал через Виллиса. Три уровня. Это профессионально.
— Это меня злит, — сказал Артур спокойно. Именно так, спокойно, что было страшнее любого гнева. — Что с ним делать?
— Ничего, — сказал Рой. — Пока. Коул ищет слабое место в нашей легальной структуре. Он нанял юриста, не своего, чужого. Значит, боится засветиться.
— Значит, знает что у нас есть на него.
— Или подозревает. — Рой поправил очки. — Артур. Коул опасен не потому что сильный. Опасен потому что невидимый. Если мы двинемся сейчас, он исчезнет и появится через год под другим именем.
— Тогда что?
— Ждем, когда он сделает шаг. — Рой убрал папку. — Он сделает. Такие люди всегда делают. Они привыкли что их не видят, и поэтому теряют осторожность.
Артур смотрел на него долго.
— Рой.
— Что.
— Ты давно это знаешь. С приема у Эшфорда. С того вечера когда ты сказал мне «Торнтон ждал сообщения». — Пауза. — Почему не сразу?
— Потому что сразу у меня была догадка. Теперь есть доказательства.
— Разница важна.
— Для тебя, да. Ты принимаешь решения на основе фактов. На основе догадок, горячишься.
Артур молчал секунду. Потом хмыкнул.
— Ты меня знаешь слишком хорошо.
— Двенадцать лет.
— Двенадцать. — Артур встал. — Хорошо. Ждем. Но Рой: когда он сделает шаг, я хочу быть первым кто узнает. Не Хейл. Не Кэт. Я.
— Ты будешь первым.
Артур кивнул. Пошел к двери. Остановился.
— Рой.
— Что.
— Виллис финальный договор подпишет?
— Подпишет.
— Когда он поймет что Торнтон потерял канал, придет к нам?
— Придет.
— А если к Торнтону?
— Тогда у нас будет разговор с Торнтоном, — сказал Рой. — Которого ты давно хотел.
Несколько секунд в кабинете было тихо. Потом Артур вдруг спросил:
— Что в Тилбери?
Рой поднял взгляд.
— Спецслужбы полезли в контейнер Драгича.
— Знаю. Фостер там лично был.
— И Шоу.
Артур чуть прищурился.
— Насколько плохо?
— Не критично.
Рой говорил спокойно, почти сухо.
— Контейнер они вскрыли. Нашли ровно то, что должны были найти. Серый импорт, грязные документы, ничего уголовного.
— А Ливерпуль?
— Сделка прошла, пока они стояли в порту.
Артур медленно усмехнулся.
— Красиво.
— Достаточно красиво, чтобы Шоу понял, что его отвели в сторону намеренно.
Улыбка Артура исчезла.
— Вот это уже менее красиво.
Рой кивнул.
— Серые стали внимательнее. Раньше они следили за потоками. Теперь начинают смотреть на систему целиком.
— На нас.
— Да.
Артур поставил чашку на стол.
— Насколько близко?
— Пока не близко. Но Шоу умнее большинства. Он понял главное.
— Что именно?
Рой на секунду замолчал.
— Что мы не прячемся. Мы контролируем направление взгляда.
Артур тихо хмыкнул.
— Неприятное открытие для спецслужбы.
— Особенно для людей, которые привыкли думать, что это они наблюдают за всеми остальными.
Артур встал и подошел к окну.
За стеклом был мокрый серый Лондон.
— Фостер?
— Злой.
— Грей?
— Пока учится.
— А Шоу?
Рой надел очки обратно.
— Шоу теперь будет копать глубже.
Артур помолчал.
— Утечка?
— Нет.
— Уверен?
— Да.
— Тогда как они вышли на контейнер?
— Через страховку Драгича. Слишком грязная цепочка. Мы не успели ее полностью зачистить.
Артур медленно кивнул.
— Исправить.
— Уже.
Он снова посмотрел на папку Коула.
— И все же мне не нравится совпадение.
— Мне тоже.
— Слишком много движения одновременно.
— Именно.
Артур долго молчал. Потом спросил:
— Какова вероятность, что люди с набережной уже начинают связывать Тилбери, Ливерпуль и нас?
— Они и раньше связывали. Разница в другом.
— В чем?
— Раньше это была теория. Теперь у них появилось ощущение, что мы играем с ними.
Артур усмехнулся без радости.
— А мы играем?
Рой посмотрел на него спокойно.
— Мы защищаем бизнес.
— Иногда я забываю, насколько по-разному ты умеешь называть одни и те же вещи.
Рой ничего не ответил.
Артур снова сел в кресло.
— Хорошо. Значит, спецслужбы начинают нервничать, Коул шевелится, Торнтон скоро поймет, что теряет контроль, а половина Ливерпуля пытается вцепиться друг другу в глотки.