– Слово-то какое… сложное.
Хомячок схватился за ухо и немного его оттянул.
– Слово сложное, а процесс простой. Крыша норы была как оболочка шарика. Волк прыгал-прыгал и провалился.
– А выбраться из Охраноры, как мы, у него получится?
– Думаю, что нет. Мы сейчас далеко от этой норы. А законы природы меняются только около меня. Значит, выскочить, как молекула, волчище не сможет.
– У Серволка остаётся входной лаз! А изнутри он укреплён намного хуже. Рассчитывали, что в него будут ломиться только снаружи!
Внезапно раздался треск веток и послышались чьи-то гневные возгласы. Хомячок и демон Максвелла с опаской посмотрели в сторону источника шума. Через три секунды Дёма заулыбался и сказал:
– Это тоже хомячок. Тыквин. Тямба Тыквин.
– Как? Ты знаешь Тямбу? – поразился Бутям.
Потом он вспомнил встречу с демоном Максвелла и махнул лапой. Ну конечно! Этот малыш может узнавать обо всём, что рядом с ним. Просто сложно сразу привыкнуть.
Хомячок наконец пришёл в себя после пробежки от Охраноры. Дёма понемногу осматривался. Всё в этом мире было для него незнакомым. Раньше, даже на самых далёких горных прогулках, он мог увидеть свой домик или, по крайней мере, точно знал, в каком направлении возвращаться. Хорошо, что рядом новый друг!
Друзья были на полпути от Хомонор до Игровой лужайки. Тропа проходила между редкими кустами орешника. Тямба, видимо, шёл по лесу и теперь пытался выйти на тропинку. Почему-то у него не получалось. Он с разбегу врезался в кустарник, однако всякий раз отскакивал, как мяч от стенки. Выглядело это комично, и друзья рассмеялись.
Тямба – полная противоположность Бутяма. Точнее, его худая противоположность. Бутям толстенький, с круглыми щеками. А Тямба словно черенок лопаты проглотил не разжёвывая.
– Эй, кто бы ты ни был, хватит смеяться! Видишь, проблема! – рявкнул он.
– Давай отойдём немного, – шепнул Дёма.
– Да-да, – поспешно согласился Бутям. – Когда хомяк злой, с ним лучше не связываться.
– Да нет! Просто если мы уйдём, он пройдёт через кусты, как обычно. Это всё происходит потому, что я рядом.
– Опять эта… диффузия?
– Да, точно! Кустарник сейчас, как оболочка шарика, а твой друг – молекула, которая ударяется в оболочку.
– А почему же он не может пробраться?
– Диффузия – это долгий процесс. Нам очень повезло, что мы быстро выскочили из вашей Охраноры. А Тямба тут может биться до вечера.
Хомячок и демон Максвелла немного отошли и увидели, как Тямба буквально вылетел на тропу и врезался в кустарник, ограждавший её с другой стороны. Он слишком сильно разбежался и не ожидал, что так легко преодолеет преграду. Друзья вернулись и помогли долговязому хомячку подняться.
– Вот кто надо мной смеялся! А ещё друг называется! – проворчал Тямба.
– Не обижайся, – примирительно сказал Бутям. – Ты бы сам животик надорвал, если бы увидел, как на меня шишки валились. Чуть на лбу шишка не выросла!
Бутям познакомил Тямбу с демоном Максвелла и пересказал историю с волком.
– Ух ты, это же настоящее приключение! – восхитился тощий хомячок.
– Это мы сейчас весело рассказываем. А тогда, поверь, было не до смеха.
После этих слов Тямба погрустнел.
– Да не переживай ты, – ободрял его Дёма. – И на твою долю выпадут приключения. Кто знает, что произойдёт завтра!
– Я знаю, – ответил худощавый хомяк. – Завтра мне папа устроит ещё не такие приключения! Невероятные.
Тямба достал из кармана разломанную надвое гипсовую статуэтку хомяка, стоящего на тыкве-постаменте. Плоское дно первой части украшено золотой надписью: «Хом Тыквин – великий тыквовод». Вторым обломком была голова.
– Ого! – присвистнул Бутям. – Это же приз чемпионата по выращиванию тыкв!
– Уж я-то знаю, что это такое! – отрезал Тямба. – За эту фигурку папа мне голову оторвёт.
– А ты посыпь голову пеплом, – попытался пошутить Дёма.
– Очень надо! Она и так отколота, а ещё и грязная будет, – огрызнулся Тямба.
– Может, починить?
– Вот я голову и ломаю, как это сделать, – сказал тощий хомячок.
– Что мог, ты уже отломал, – рассмеялся его пухленький друг.
– А ну-ка, подойди ближе! – скомандовал демон Максвелла. – Соедини кусочки. Поплотнее!
Тямба сделал недоуменную мину, но подчинился. Небрежно составил части статуэтки и протянул Дёме: