Мое сердце сжимается.
Мы со Скайлар обмениваемся тревожными взглядами. Я не в состоянии помешать этой женщине забрать дочь, но, возможно, сумею выиграть немного времени.
Я встаю, и Куинн тоже.
– Она никуда не уйдет, пока мы не поговорим с Фениксом.
Что-то вспыхивает в глазах этой женщины, стоит только мне произнести его имя, и я без тени сомнения понимаю, что Куинн говорила правду. И чувствую вину за то, что сомневалась в ней.
– Пойдем со мной, Куинн. Сейчас же.
Бросившись вперед, она пытается схватить дочь, но та отшатывается и до боли сжимает мою руку.
– Нет!
– Отойдите назад, леди, – рычит Скайлар, удивляя всех нас. – Она не хочет идти с вами.
Женщина возмущается, а ее яростный взгляд мечется между всеми нами.
– Она моя дочь. Держа ее в плену, вы совершаете преступление.
Я разыгрываю единственную карту в своей колоде.
– В таком случае я позвоню в полицию.
– Леннон, – шипит Куинн. – Ты обещала.
Но моя угроза срабатывает, поскольку ее мама мгновенно замолкает и делает шаг назад.
Во мне бурлит отвращение.
– Так и думала.
Убедившись, что Куинн находится по безопасную сторону от меня, где мать не сможет ее схватить, я иду к двери.
– Отведу ее в автобус.
Я ожидаю, что Чендлер будет упираться, но, к моему удивлению, он молчит.
Как бы мне ни хотелось предупредить Феникса о присутствии его мамы, это невозможно, поскольку он на сцене.
Единственное, что я могу, – сделать то, что сделал бы он сам… А именно – обеспечить безопасность его сестры.
Глава 51
Феникс
Крики и вопли проникают в мои уши, когда я пою последнюю ноту Existentialism, и финальные такты затихают.
Точно демон, я впитываю энергию, не в силах насытиться. Ради этого я живу и дышу.
Вот почему я до сих пор жив.
Однако когда я смотрю за кулисы, мое хорошее настроение улетучивается.
Я надеялся, что Леннон, по крайней мере, будет здесь, чтобы застать конец, поскольку это моя любимая часть песни, и я знаю, что она полюбит ее так же сильно… Но ее нет.
Я пытаюсь убедить себя, что в этом нет ничего страшного, однако это ложь.
Потому как ее отсутствие служит лишним напоминанием о том, что когда тур завершится…
Наши отношения тоже.
Я поднимаю в воздух средний палец.
– Спокойной ночи, Чикаго. Безопасно доберитесь домой.
– Вышло чертовски круто, – говорит Сторм, когда мы уходим со сцены. – Ты видел, как они сходили с ума?
Да, черт возьми, видел. Как я и предсказывал.
– Запомните мои слова, ребята. – Мемфис обхватывает каждого из нас за плечи, притягивая в объятия. – Мы получим еще одну «Грэмми».
Джордж молча проходит мимо. Так даже лучше.
– Только если Вик согласится, чтобы мы включили ее в альбом, – напоминаю я.
– Поверь, этот ублюдок согласится, – ухмыляясь, заявляет Сторм. – Особенно после того, как ты сегодня всех поразил. – Он оглядывает необычайно тихое пространство. – Где Чендлер?
Его нигде нет… что странно. Думал, он будет ждать за кулисами, готовясь либо проклясть нас, либо похвалить.
Мемфис осматривается.
– Наверное, он в гримерке со Скай и Леннон. – Он насмешливо поглаживает меня по голове. – И мамочкой моего малыша.
За свои слова Мемфис получает удар кулаком в плечо.
– Если не хочешь лишиться руки, никогда больше не называй так мою младшую сестру.
Он поднимает руки вверх.
– Расслабься, чувак. Я же просто пошутил.
Не смешно.
К тому же я все еще чертовски зол, что он не рассказал мне о том, как Куинн пробралась в его гостиничный номер.
– Тебе, наверное, стоит сосредоточиться на настоящей мамочке твоего ребенка. – Я провожу рукой по подбородку. – Гвен, вероятно, уже на втором или третьем месяце?
Гвинет Барклай – самая претенциозная звезда реалити-шоу на всей этой чертовой планете, и именно таких я терпеть не могу.
Она из тех, кто заработал славу благодаря богатому дедушке и горячим сестрам. Сама же она талантами не блещет.
Даже в сексе… По словам Мемфиса. Их отношения не должны были выйти за рамки интрижки, но, видимо, у матери-природы другие планы. Более постоянные.
– Эта цыпочка чертовски хороша, – замечает Сторм. – Не могу винить его за то, что он несколько раз окунул в нее свой фитиль.
Я качаю головой.
– Окунул фитиль? Господи. Ты начинаешь говорить как бабуля.
Мемфис скрежещет зубами.
– Может, вы двое уже заткнетесь?
Ой, наш малыш расстроился, что мы обсуждаем его девушку. Он заслужил это после слов о моей сестре.
Сторм фыркает, когда мы сворачиваем за угол.
– Лучше пригласи меня на вечеринку по случаю рождения ребенка.