Леннон опускается рядом с ней на колени и тянется к ее руке.
– Мы должны, милая. Тебе очень больно.
– Мне станет лучше. Так всегда бывает. – Ее глаза находят мои, и отчаяние, бурлящее в них, гложет меня изнутри. – Пожалуйста, не вызывай скорую. Умоляю.
Черт.
Я принимаю решение за долю секунды. Надеюсь, оно не будет иметь нежелательных последствий.
– Никакой скорой. – Я поворачиваюсь к Чендлеру. – Позвони своему знакомому доктору и организуй частный рейс, если понадобится. Я хочу, чтобы он был здесь как можно скорее. Скажи ему, что вознаграждение будет стоить потраченного времени.
Кивнув, Чендлер поднимает с пола свой телефон.
– Посмотрю, что можно сделать.
А пока нам нужно устроить ее в комфорте.
Я смотрю на Сторма, который выглядит так, будто готов надрать кому-то задницу.
– Иди принеси лед и аптечку.
Затем обращаюсь к Мемфису, поскольку знаю, что это его область компетенции благодаря Джошу.
– Найди обезболивающее.
– Я прослежу, чтобы команда держалась подальше отсюда, – говорит Скайлар.
Леннон бледнеет, глядя на окровавленную рубашку.
– Принесу ей чистую одежду.
– Не уходи, – хрипит Куинн.
Леннон остается на месте.
– Не уйду. – Она хочет потрогать ее лоб, но в последнюю секунду колеблется, словно боится, что может причинить ей боль. – Я останусь здесь.
И тут меня осеняет.
– Как ты сюда попала, Куинн?
Мы в трех часах езды от Чикаго, и она никак не могла поехать на автобусе в таком состоянии.
Открыв глаза, она произносит то, что заставляет меня отшатнуться.
– Мама.
Моя грудь сжимается от странной смеси боли и благодарности.
Наконец-то она поставила своего ребенка на первое место.
* * *
– У нее три ушибленных ребра, вывих челюсти, две раны, которые нужно зашивать, многочисленные мелкие ушибы и, похоже, сотрясение мозга. – Доктор протягивает мне бутылочку с таблетками. – Это обезболивающее. Не давайте ей больше четырех за сутки. Позвоните, если появятся новые симптомы, хотя я еще раз рекомендую вам отвезти ее в больницу.
– Нет, – протестует моя сестра с дивана. – Они позвонят ему.
– Расслабься, Куинн. – Я вывожу доктора из гримерки. – Я ценю, что вы приехали сюда. Скайлар сказала, что уже перевела вам деньги.
Меня переполняют эмоции, когда я прижимаюсь к двери, но одна затмевает все остальные.
Ярость.
Та, что сжигает деревни дотла и развязывает войны.
Словно почувствовав зарождающийся во мне ураган, Леннон взволнованно поднимает взгляд.
– Что ты собираешься предпринять?
Есть только одна вещь, которую я могу сделать.
То, что навсегда покончит с этим дерьмом.
Я, черт возьми, убью его.
Глава 55
Леннон
Я мечусь взад-вперед по своему гостиничному номеру, мой разум мчится со скоростью света, а внутри все сжимается от плохого предчувствия.
– Их уже давно нет.
Детектив Скайлар нашла адрес Куинн спустя пару часов после того, как мать бросила ее на парковке, и Феникс, выглядевший подобно огнедышащему дракону, тут же испарился.
Но не раньше, чем велел Сторму и мне оставаться рядом с его сестрой, поскольку хотел, чтобы за ней присматривали двое людей, кому он доверяет больше всего.
Когда он ушел, я испугалась.
Но сейчас? Я просто в ужасе.
Потому что прошло уже больше девяти часов.
– Ну, Феникс еще не звонил, чтобы я внес за него залог, так что это хороший знак, – беззаботно говорит Сторм.
Куинн садится в кровати, морщась от боли.
– Мы должны пойти туда. Отец может причинить ему вред. Он очень сильный.
Мы со Стормом обмениваемся взглядами. Феникс сильнее.
Отчего подступающая к горлу паника тревожит меня еще больше.
Скрестив руки на груди, Сторм смотрит на нее сверху вниз.
– Ты никуда не пойдешь, малолетка. Ложись.
Куинн стреляет в него злобным взглядом.
Сторм прав. Куинн никуда не пойдет.
А вот я пойду.
Я беру со стола свою сумочку.
– Вернусь позже.
Надеюсь.
Сторм хватает меня за руку.
– Хочешь, чтобы Феникс и меня прикончил? Он отчетливо велел мне не выпускать ни одну из вас из виду.
Я взрослая женщина, черт возьми.
– Прости, Сторм. – Свободной рукой я похлопываю его по плечу. – Я пришлю цветы на твои похороны.
Я уже на полпути к двери, когда она открывается.
Мои ладони взлетают к лицу, и я задыхаюсь, когда замечаю фиолетовый синяк вокруг глаза Феникса.
– Вот дерьмо.
Его губы кривятся в высокомерной ухмылке.
– Ты бы видела его. Вот уж кому мало не показалось.
С одной стороны, мне хочется броситься к нему и обнять крепче, чем я когда-либо кого-то обнимала, а с другой – влепить ему пощечину за то, что он так невозмутим, хотя я тут сходила с ума от беспокойства.