Однажды Скайлар сказала, что все девушки – детективы, и я вынуждена безоговорочно согласиться с ней.
Однако слышен ли звук падающего дерева в лесу, если поблизости никого нет?
А если кто-то предает тебя и этого человека нет рядом, чтобы уличить в выведывании его тайн, служит ли это оправданием для тебя?
Конечно нет. Две ошибки в сумме не дают правильного результата. Но с совестью я разберусь позже.
Оглядывая коридор в последний раз, дабы убедиться в безопасности, я крадусь к секретной двери.
Учитывая, что она не заперта, здесь не должно храниться много скелетов.
Когда я открываю дверь, мою грудь пронзает разочарование.
Дорогой черный рояль в углу великолепен, но вряд ли его можно считать страшной тайной.
Настоящий провал.
Я уже собираюсь выйти и отправиться за вещами, но мой взгляд останавливается на разбросанных по роялю бумагах.
Он что-то сочинял?
Песни?
Гнев поднимается и кипит во мне, словно в котле.
Может, мне стоит украсть одну из них и посмотреть, как ему это понравится?
Тошнотворное чувство ползет по спине, лишая меня сил.
Феникс знал, что все песни я записывала в блокнот, который везде носила с собой.
Раз он уже украл одну из них, кто сказал, что он не подглядывал в мои заметки, пока я бывала в ванной?
Подходя к роялю, я мысленно готовлюсь к тому, что мое сердце вновь будет уничтожено… Только это не песни.
Это слова. Точнее, письма. Написанные от руки.
Адресованные мне.
Его почерк не самый аккуратный и многие слова написаны неправильно, но я все равно могу их разобрать.
Леннон,
Прошло две недели с тех пор, как я видел тебя в последний раз.
Две недели с тех пор, как предал тебя.
Две недели с тех пор, как тебя потерял.
Я должен быть счастлив. Мы ведем переговоры с Виком Доэрти, на днях мы встречались и джемовали с Мемфисом, убийственным гитаристом, и его братом Джошем, который играет на бас-гитаре, и мы вчетвером играем просто потрясающе.
Все складывается как нельзя лучше.
Но внутри я распадаюсь на части.
Каждый раз, когда пою эту песню, мне хочется блевать, потому что эти слова мне не принадлежат.
Они твои.
Все, что у меня есть, – твое.
Включая эту хреновину в моей груди.
Не представляю, как я смогу наслаждаться всем этим без тебя.
Но продолжаю лежать здесь…
В хаосе, что мной учинен.
Набрав воздуха в легкие, я быстро перехожу к следующему письму.
Леннон,
Прошел месяц с тех пор, как я тебя потерял.
Я подписал контракт с Виком. Я, Сторм, Мемфис и Джош официально стали группой Sharp Objects.
Угадай, каким они хотят видеть первый сингл?
Я хочу во всем признаться. Иногда желание настолько сильное, что мне приходится запираться в ванной, чтобы собраться с мыслями.
Уверен, Вик думает, что я принимаю наркотики.
Черт, может, мне стоит начать.
Я хочу все выложить, но сегодня Вик сказал, что, несмотря на то, что у меня феноменальный голос и нужная ему внешность – что бы это, черт побери, ни значило, – именно мои слова, твои слова, подтолкнули его к тому, чтобы подписать со мной контракт.
И теперь на кону не только моя мечта. Но и мечта Сторма и других ребят.
Они поднимались из самых низов, как и я. Мы все отвергнуты родителями, которым не были нужны… Но мы все еще живы благодаря музыке.
Это наш единственный шанс, Группи.
Я испорчу не только свою жизнь, но и их.
Понимаю, что это не оправдывает моего поступка, и я знаю, что ты никогда меня не простишь.
Просто надеюсь, что однажды ты перестанешь меня ненавидеть.
Ведь я должен был стать резаком…
Но это ты режешь меня ножом.
У меня перехватывает дыхание, когда я читаю следующее.
Леннон,
Прошло два месяца с тех пор, как я тебя потерял.
Каждый вечер перед сном я беру телефон и набираю твой номер… только для того, чтобы в последнюю секунду остановить себя.
Мы закончили запись твоей песни на прошлой неделе, и она звучит великолепно.
Но это ничто по сравнению с тем, как ее поешь ты.
Потому что эти слова принадлежат тебе. Не мне.
Недавно Вик пригласил нас на вечеринку. Он хотел, чтобы мы пообщались и наладили связи. Там была девушка.
В прошлом она могла быть всем, что я хотел получить в ту ночь.
Но я встал и ушел.
Я почти уверен, что Мемфис, Джош и еще несколько человек теперь считают меня геем.