Ее хриплый, страстный голос доносится из динамиков, заполняя стадион. Во время исполнения первого куплета ее голос дрожит, но к тому времени, как Леннон переходит к припеву, ее нервы успокаиваются, и исполнение становится просто идеальным. И набирает мощь с каждой нотой, превращаясь в силу, способную сокрушить все на своем пути.
В моей груди поднимается смесь гордости и восторга. Леннон властвует на этой сцене. Держит нас всех в плену.
Несомненно, каждый человек, наблюдающий за ее выступлением, понимает то, что я знаю уже много лет.
Леннон особенная.
Крошечные волоски на моей шее встают дыбом, а по рукам бегут мурашки, когда она исполняет последний куплет.
Она не просто отлично выступила. Она, черт возьми, разнесла зал.
Я знал, что так будет.
Еще до окончания финальных тактов толпа разражается аплодисментами, а затем поднимается на ноги… устроив ей вполне заслуженную овацию.
– Открой глаза.
Не хочу, чтобы Леннон пропустила это зрелище.
Потому что она заслуживает его.
По ней пробегает дрожь, и она хватает ртом воздух.
Я улыбаюсь, впитывая последние несколько мгновений, проведенных с ней в моих объятиях.
– Ты хотела испытать, каково это, когда две тысячи человек слушают твою песню… А как насчет девяноста тысяч?
Ее глаза наполняются слезами, когда она поворачивается ко мне.
– Спасибо.
Нет. Это я должен ее благодарить.
Мне довелось испытать это волшебство и жить мечтой более четырех лет.
Потому что я украл ее у Леннон.
– Я никогда этого не забуду, – шепчет она. – Это… Это было невероятно.
Наклонившись, я прижимаюсь губами к ее лбу. Сейчас происходит настоящее солнечное затмение.
Сегодняшний вечер станет концом моей карьеры… Но началом ее.
Именно так, как и должно быть.
Глава 73
Леннон
Черт. Меня. Побери.
Не могу поверить, что это только что произошло. Исполнение моей песни перед девяноста тысячами людей превзошло все мои самые смелые мечты.
Мои ноги трясутся, когда я схожу со сцены, и во мне столько адреналина, что голова идет кругом.
Вот почему он привел меня сюда.
Скайлар и Куинн подпрыгивают на месте от возбуждения, и я готовлюсь присоединиться к ним… Но тут из динамиков доносится голос Феникса.
– Она потрясающая певица, правда? Словно именно она должна была петь эту песню.
Толпа аплодирует, но я замираю.
О боже.
Осознание того, что он собирается сделать, обрушивается на меня, словно самый мощный в мире ураган.
Я быстро оборачиваюсь.
– Феникс! – Когда он смотрит на меня, я качаю головой и одними губами говорю: – Нет.
Он не должен этого делать.
Я не хочу, чтобы он это делал. Больше не хочу.
Это может разрушить его карьеру. Вик выгонит его с лейбла.
Феникса отвергнут и заклеймят как вора. Так и будет.
Его непревзойденный талант – его дар – станет посмешищем.
Украв мою песню, он совершил ужасный поступок, но ему не следует разрушать свою мечту из-за этого. Он не может этого сделать.
Феникс – солнце. Ему нужно продолжать сиять.
Он снова обращает свое внимание на толпу.
Я выбегаю на сцену, отчаянно пытаясь остановить его… Но уже слишком поздно.
– Все потому, что это она написала ее. – Он тяжело вздыхает. – А я ее украл.
Тишина окутывает весь стадион… Только Чендлер кричит во всю глотку за кулисами и нескольких человек в зале восклицают что-то вроде: «Ты что, приятель, прикалываешься сейчас?» и «Черт возьми!».
Феникс качает головой, его напряженный взгляд удерживает меня в плену.
– Четыре года назад мне пришлось выбирать между всем этим и тобой. – Эмоции преображают его лицо, и он роняет микрофон. – Я сделал неправильный выбор.
Мое сердце замирает, и время останавливается.
Ему не нужно было писать те три слова на моей коже, потому что прямо сейчас я их чувствую.
Однако я не позволю ему разрушить все, чего он когда-либо желал, – все, чем он является, – только чтобы быть со мной.
Я не позволю Фениксу сломать себя, как он сломал меня.
Мои ноги двигаются сами собой, и я направляюсь за кулисы.
Мне нужно придумать, как все исправить. Необходимо поговорить со Скайлар, чтобы мы могли разработать план по спасению его карьеры.
Когда я подхожу, выражение ее лица полно тревоги, но внимание Скайлар приковано к чему-то позади меня.
Я едва успеваю заметить, что Феникс следует за мной, прежде чем толпа людей бросается к нему и окружает.
– Какого хрена? – ревет Чендлер.
Скайлар показывает на него пальцем.
– Заткнись. – Она переводит взгляд на разозленных Сторма и Мемфиса. – Никто никому не говорит ни единого гребаного слова, пока я с этим не разберусь. Понятно? – Ее взгляд фокусируется на Фениксе. – В гримерку. Прямо сейчас.