Уже собираюсь сказать ему, что щелкать не обязательно, но он сует мне в руки стопку бумаг.
– Что это?
Дикки указывает на первый лист.
– Соглашение о неразглашении. Что является…
– Я знаю, что такое соглашение о неразглашении, – перебиваю его я.
Мне просто не нравится, что меня заставляют его подписывать.
Оно может помешать моему плану возмездия.
Хотя я уверена, что найду пути обхода.
– Браво. Ты уже умнее предыдущих трех девушек, – бормочет он, протягивая мне ручку.
Перечитав соглашение и решив, что никаких тревожных сигналов нет, я подписываю его и отдаю обратно Чендлеру.
Он указывает на следующую бумагу в стопке.
– Учитывая, что ты запросила значительную сумму, мне пришлось обсудить этот вопрос со звукозаписывающей компанией. Они готовы оплатить половину твоей зарплаты при условии, что будешь соблюдать их контракт в дополнение к моему.
У меня в животе появляется странное нервное напряжение. Не знаю, почему ожидала, что все пройдет более непринужденно, но все контракты и правила ясно говорят, что это не так.
– Хорошо.
Я просматриваю документ от «Фэнтом Рекорде», но замираю, когда дохожу до той части, где указывается, что мне заплатят только после того, как я отработаю все восемь недель.
– Мне не заплатят до окончания тура?
Он кивает.
– Все верно. За последние два месяца мы потратили достаточно денег, выплачивая людям, которые не могут выполнить свои обязанности. Мы должны убедиться, что ты останешься до конца.
– Мой отец болен, – шепчу я, но Чендлер поднимает руку.
– Я не твой психотерапевт, так что оставь душещипательную историю для того, кому не все равно. – Он ерзает на своем месте. – В конце тебе выплатят шестизначную сумму, помнишь? Поэтому предлагаю решить прямо здесь и сейчас, намерена ли ты серьезно отнестись к этой работе. Если нет, я попрошу водителя развернуться, чтобы ты могла отправиться домой. Однако, да будет тебе известно, больше я не стану делать подобного предложения.
Я одариваю его приторно-сладкой улыбкой.
– Я прекрасно тебя поняла, Дикки.
Он прищуривается.
– Рад это слышать. Если беспокоишься о расходах, то не стоит. Мы предоставим трехразовое полноценное питание, а также отдельную комнату.
Но это не поможет мне оплатить счета. Меня охватывает стыд, как только понимаю, что буду вынуждена просить миссис Палму о еще одной услуге, из-за которой придется остаться в этом чертовом туре, несмотря ни на что, дабы полностью расплатиться с долгами.
Поморщившись, я ставлю подпись внизу контракта компании и отдаю его Чендлеру.
Контракт Дикки не только последний… но и самый длинный. Что ж, посмотрим.
– Прежде чем подпишешь его, мы должны просмотреть правила, чтобы не возникло путаницы и ты точно понимала, чего от тебя ждут. – Его взгляд становится жестким. – Поскольку, если нарушишь хоть одно из них, я высажу тебя в любом городе, через который мы будем проезжать. Понятно?
Мне неприятен ни его тон, ни его угрозы, но я прикусываю язык, поскольку это важно.
– Понятно. – Я жестом велю ему продолжать. – Каковы правила?
– Разумеется, мы бы хотели, чтобы Феникс оставался трезв и все такое. Но еще важнее то, что… Нам необходимо, чтобы он находился под контролем.
– И под контролем… ты подразумеваешь?
– Ничего, что могло бы просочиться в колонки сплетен, таблоиды или социальные сети. – Он морщится. – Как, например, недавнее видео, в котором он занимался сексом на барной стойке в отеле, будучи в невменяемом состоянии.
Очаровательно.
– Проще говоря, – продолжает Чендлер. – Твоя задача – держать его подальше от новостей, неприятностей и тяжелых наркотиков. Мне нужно, чтобы Феникс выступал на пределе своих возможностей во время каждого шоу. Ясно?
– Да. – Хотя мне хочется кое-что прояснить. – У него никогда не было проблем с наркотиками. Как давно это началось?
Профессиональная сдержанность Чендлера превращается в нечто более человеческое.
– Хотя Феникс никогда не пропускал вечеринки и время от времени баловался, он не принимал ничего тяжелого. Но с тех пор, как мы потеряли Джоша… Он катится по наклонной. – Чендлер потирает подбородок. – Надеюсь, скоро все наладится, иначе у нас на руках окажется еще один мертвый участник группы. Только человека с его талантом нельзя заменить, так что нам крышка.
– Верно.
Он беспокоится о Фениксе вовсе не потому, что ему есть до него дело, а по той простой причине, что его смерть повлияет на прибыль лейбла.
Не то чтобы меня это касалось. Мне все равно.
Чендлер прочищает горло.
– В любом случае сегодня он в своем номере, но в дальнейшем у вас будут смежные комнаты. И тебе выдадут ключ от его номера на случай, если он запрет дверь.