К ужасу Норы, в ее сознании возник еле различимый, но вполне красноречивый образ собеседника.
— Хватит! Что думаешь по этому поводу ты, мне уже известно. А теперь будь добр и постарайся проявить уважение к чувствам других.
— Эй, я очень даже чувствительный. С этим нет проблем.
Нора понимала, что зашла слишком далеко и отступать дальше некуда. Только бы придумать, как сказать…
— И еще… я хотела удостовериться… я имею в виду… я надеюсь, что не дала тебе повод думать, что со мной все дозволено…
— Выкинь это из головы, Бу, — лениво заметил он, зевая.
Нора глубоко вдохнула, пытаясь унять отчаянно колотившееся сердце.
— Понимаешь… я подумала… что после случая на церемонии… а потом, когда ты пришел в мою спальню… В общем, я подумала, что ты меня неправильно понял… и учитывая все обстоятельства, было бы совсем неразумно продолжать…
Эли поднял руку, призывая ее к молчанию.
— Расслабься. Я все понял. И думаю, ты права. Это неразумно.
Нора удивленно вздрогнула. Такого быстрого согласия она не ждала.
— Ты действительно так думаешь?
— Определенно. Не хочу хвастаться, но одной ночи со мной вряд ли будет достаточно, а что дальше?
Онемев, Нора уставилась на него, и вдруг до нее дошло, насколько она была права. Эли позволял себе все, что хотел и когда хотел, как бы ужасно это ни было. И с этим она ничего не могла поделать.
Неуверенно встав на ноги, девушка сглотнула.
— Раз мы договорились, оставляю тебя досматривать игру. — И опасаясь, как бы он не ляпнул что-нибудь еще, она стремительно покинула комнату.
Нора стояла на террасе. Высоко в небе светила луна, и где-то вдали ухала спрятавшаяся в кедровой роще сова. Порывы ветра доносили благоухание флоксов и азалий. Но Нора это едва ли замечала, проведя несколько часов в бесполезных раздумьях.
И все же, чего она добьется, если будет стоять и жалеть себя?
Все могло быть гораздо хуже. Ведь совсем недавно она была готова отказаться от Виллоу-Ран, спать в чужой постели в незнакомом месте. Или выйти замуж за Ника Карпетти.
Инстинктивно вздрогнув, она направилась в свою комнату.
Еще не успев раздеться, Нора услышала звук поворачивающейся ручки и застыла на месте.
— Кто здесь?
— Это я, — раздался шепот, — Шельса. Нора облегченно вздохнула и, включив лампу, поспешила к двери.
Девочка беспокойно улыбнулась.
— Надеюсь, я тебя не разбудила?
— Нет. Я не спала, — убедительно сказала Нора. — А ты, почему ты встала? Что-нибудь случилось?
— Нет. На самом деле ничего серьезного. Просто… — девочка пристроилась на краю кровати, — я проснулась, а потом вспомнила, что хотела что-то у тебя спросить.
— Ладно, выкладывай.
— Я лишь хотела спросить… сейчас, после того как вы с папой поженились, как мне тебя называть? Не могу же я называть тебя «мисс Браун», ведь теперь у тебя другое имя. И смешно называть тебя «миссис Вайлдер», ведь теперь ты моя мачеха. Правда?
— Да. А как бы тебе хотелось? — спросила Нора, вглядываясь в серьезное личико Шельсы.
— Знаешь… я называю Эли — Эли, — сказала она. — После смерти мамы, когда я только переехала к нему, он сказал, чтобы я называла его папой, но это было как-то смешно, — призналась девочка.
— Понятно, — пробормотала Нора, ловя себя на мысли, что вот уже не в первый раз интересуется мамой девочки.
— Любили ли они друг друга? Почему они разошлись?
— Ты можешь называть меня Норой, если хочешь, — предложила она.
— Да, мне это нравится, — девочка улыбнулась и блаженно зевнула, зарываясь в подушки. — Нора, как ты думаешь, может, мне не следует радоваться, что папа на тебе женился? Он говорит, что, как только мы получим страховку, сразу же уедем.
— О, нет… — вдруг вырвалось у Норы. Шельса забралась поглубже на кровать.
— Здесь так мягко. А хочешь, я поделюсь с тобой одним секретом?
— Конечно.
— Я счастлива, что живу здесь, с тобой… пусть даже только на ле… — Еще один зевок, и девочка погрузилась в сладкий сон.
Сердце Норы наполнилось нежностью. Может, этот брак и не самое мудрое решение, но все не так уж плохо. Конечно, его бесконечные поддразнивания и это непривычное ощущение, пробуждающееся в ней всякий раз, когда он оказывается рядом, будоражили и волновали, но от этого еще никто не умирал. Главное, Виллоу-Ран теперь принадлежит ей. И она может помочь Шельсе.
Неожиданно девушка поймала себя на мысли, что сделка с Эли перестала ее тяготить. Она будет жить своей жизнью, ничего не меняя. Надо лишь постараться по возможности избегать встреч с ним и не навязывать своего общества.
После таких размышлений у нее словно гора свалилась с плеч. Глаза слипались от усталости.
Минуту спустя девушка спала крепким сном, устроившись рядом с девочкой.
Глава четвертая
— Доброе утро, Бу.
Сидящая за кухонным столом Нора вздрогнула и замерла с чашкой кофе в руке.
При виде стоящего в дверях мужчины внутри у нее все сжалось. За пять дней в его облике ничего не изменилось — помятый, неопрятный, заспанный. Но его нечесаные волосы, небритое лицо и еле заметные вмятины от подушки на щеке странным образом притягивали Нору.
— Доброе утро, Элайджа, — стараясь говорить как можно спокойнее, ответила она.
— Сегодня ты опять встала рано. Что можно делать в такое время? Очередная встреча? Или книги для каталога? — поинтересовался он, направляясь к кофейнику.