– Возможно, – беспечно ответила Сил. – Так почему ты решился? Из-за Адолина?
– Да ну, – ответил Каладин. – Пусть принц катится к штормам.
– Тогда почему?
– Потому что я боюсь этих чудовищ.
Сил посмотрела на него озадаченно, но для Каладина все было предельно ясно. Впереди Гроза выдыхала огромные клубы пара и посматривала на него. Они встретились взглядами.
– Шторма! – донесся голос Адолина позади. – Мостовичок, не вздумай взаправду так поступать! Ты с ума сошел?
Каладин подошел к лошади. Танцующим движением она отодвинулась на несколько шагов назад, но позволила ему коснуться седла. А он втянул еще немного штормсвета и забросил себя в седло.
– Бездна! Что за... – прокричал Адолин.
Больше Каладин ничего не расслышал. Усиленный штормсветом прыжок позволил ему взмыть выше, чем когда-либо удавалось обычному человеку, но его цель уже двигалась. Он схватился за луку седла и перекинул одну ногу, но лошадь стала брыкаться и попыталась встать на дыбы.
Зверюга была чудовищно сильна, особенно по контрасту с Капелькой. Каладина чуть не выбросило из седла при первом же взбрыкивании. Отчаянным взмахом ладони он зарядил седло штормсветом и приклеил себя к нему. Это означало, что, вместо того чтобы Каладина сбросило со спины лошади как безвольную тряпку, его стало дергать взад-вперед как безвольную тряпку. Он каким-то образом умудрился схватиться за гриву и, скрипя зубами, пытался сделать все возможное, чтобы не лишиться чувств.
Окружающие конюшни превратились в размытое пятно. Единственными звуками, которые мог слышать Каладин, остались биение его сердца и колотящие копыта. Несущий Пустоту зверь метался, как сам шторм, но Каладин приклеился к седлу так же надежно, как если бы был прибит к нему гвоздями. Спустя некоторое время, показавшееся вечностью, лошадь успокоилась, хрипя и пуская пену.
Затуманившееся зрение Каладина прояснилось, и он увидел группу подбадривающих его мостовиков, стоящих на разумном отдалении. Адолин и Дженет, оба верхом, уставились на него со смесью ужаса и восторга. Каладин ухмыльнулся.
Затем одним последним сильным движением Гроза сбросила его на землю.
Он не понял, что штормсвет в седле иссяк. В полном соответствии со своим предсказанием, Каладин обнаружил, что в полубессознательном состоянии лежит на спине, уставившись в небо, и с трудом может вспомнить последние несколько секунд своей жизни. Позади него из земли выползло несколько спренов боли – маленькие оранжевые кисти, пытающиеся что-то схватить.
Над Каладином склонилась лошадиная голова с бездонными темными глазами. Лошадь фыркнула. Запахло влагой и травой.
– Ты чудовище, – проговорил Каладин. – Дождалась, пока я расслаблюсь, и потом скинула меня.
Лошадь снова фыркнула, и Каладин поймал себя на том, что смеется. Шторма, но он отлично себя чувствовал! Непонятно почему, но то, как он цеплялся за жизнь, пока животное безумствовало, воодушевляло по-настоящему.
Пока Каладин вставал и приводил себя в порядок, через толпу пробрался Далинар собственной персоной. Его лоб был наморщен. Каладину не приходило в голову, что кронпринц все еще где-то поблизости. Далинар перевел взгляд с Грозы на Каладина и выгнул бровь.
– На спокойной лошадке не догнать убийц, сэр, – сказал Каладин, поприветствовав кронпринца салютом.
– Верно, – ответил Далинар. – Но обычно новичков начинают обучать сражаться затупленным оружием, солдат. Ты в порядке?
– В полном, сэр, – уверил его Каладин.
– Что ж, похоже, у твоих людей неплохо получается. Я отдам официальное распоряжение. Ты и еще пятеро по твоему выбору должны приходить сюда и тренироваться каждый день в течение следующих нескольких недель.
– Есть, сэр.
Он найдет время. Так или иначе.
– Хорошо, – сказал Далинар. – Я принял твои предложения по первичным патрулям за пределами лагеря и думаю, что все в порядке. Почему бы тебе не начать через две недели и не потренироваться с лошадьми на открытой местности?
Дженет издала придушенный вскрик.
– За пределами города, светлорд? Но... бандиты...
– Лошади здесь для того, чтобы ими пользовались, Дженет, – ответил Далинар. – Капитан, ты ведь позаботишься о том, чтобы взять достаточно солдат для охраны лошадей, не так ли?
– Да, сэр, – ответил Каладин.
– Отлично. Но эту лошадь не трогать, – заметил Далинар, махнув рукой в сторону Грозы.
– Э, есть, сэр.
Далинар кивнул и отошел, подняв руку, чтобы привлечь внимание человека, которого Каладину не было видно. Мостовик потер ушибленный локоть. Оставшийся в теле штормсвет первым делом излечил его голову, но быстро иссяк, не успев приняться за руку.