– Сожалею о ваших потерях, – сказал Кэл. – Но вы теперь всего лишь в полутора днях езды от Разрушенных равнин. Оставшийся путь будет для вас безопасным.
– Я любопытствовать, – сказала Шаллан. – Эти животные – лошади? Хотя ты темноглазый. Это... Холин хорошо тебе доверять.
– Я выполняю свой долг, – ответил Кэл, изучая ее. – Где остальные ваши люди? Караван выглядит целиком воринским. Также, для рогоедки, вы выглядите слишком тощей.
– Вы только что оскорбительно отозвались о весе принцессы? – пораженно спросила Тин.
Шторма! У нее хорошо получалось. Во время реплики Тин удалось вызвать настоящих спренов гнева.
Что ж, делать нечего, нужно удерживать позиции.
– Меня оскорбить! – воскликнула Шаллан.
– Вы снова оскорбили ее высочество!
– Очень оскорбить!
– Вам лучше извиниться.
– Не извиниться! – объявила Шаллан. – Ботинки!
Кэл откинулся назад, смотря мимо них, пытаясь осмыслить только что услышанное.
– Ботинки? – повторил он.
– Да, – подтвердила Шаллан. – Я любить твои ботинки. Ты извиниться через ботинки.
– Вы... хотите мои ботинки?
– Разве вы не слышали, что сказала ее высочество? – спросила Тин, скрестив руки перед грудью. – Неужели солдаты в армии Далинара Холина настолько непочтительны?
– Я не непочтителен, – ответил Кэл. – Но я не отдам ей свои ботинки.
– Ты оскорблять! – воскликнула Шаллан, делая шаг вперед и тыча пальцем в Кэла. Отец Штормов, эти лошади были громадными! – Я рассказать всем, кто будет слушать! Когда я приехать, я сказать: «Холин – вор ботинок и женских надежд!»
Кэл сплюнул.
– Надежд!
– Да, – ответила Шаллан, затем взглянула на Тин. – Надежд? Нет, неправильное слово. Одежд? Одежд! Вор женских одежд! Вот нужное слово.
Мужчина оглянулся на своих спутников, явно сбитый с толка.
«Эх, – подумала Шаллан. – Хорошие шутки пропадают впустую, если у людей маленький словарный запас».
– Не иметь значения, – сказала Шаллан, вскидывая руку. – Все узнать, что вы сделать и подвести меня. Оставить голой в этой глуши. Раздеть меня! Это оскорбить мой дом и мой клан. Все узнать, что Холин...
– О, стоп, стоп, – перебил ее Кэл.
Он потянулся вперед и неуклюже снял один ботинок, не слезая с лошади. На пятке его носка зияла дыра.
– Штормовая женщина, – пробормотал он.
Предводитель всадников кинул ей первый ботинок и занялся вторым.
– Ваши извинения приняты, – проговорила Тин, забирая ботинки.
– Во имя Бездны, лучше бы так и было, – ответил Кэл. – Я передам вашу историю. Возможно, у нас получится отправить патрули в это штормовое место. Поехали, парни.
Он развернулся и покинул их, не произнеся больше ни слова, возможно, опасаясь очередной тирады рогоедки.
Как только они покинули пределы слышимости, Шаллан посмотрела на ботинки, и ее разобрал неудержимый смех. Вокруг появились спрены радости, похожие на синие листья. Они водоворотом закручивались вокруг ступней, поднимаясь вверх, и исчезали над ее головой, будто уносимые ветром. Шаллан наблюдала за ними с широкой улыбкой. Такие спрены были очень редкими.
– Ну, – проговорила Тин, улыбаясь, – не стоит отрицать. Было весело.
– Я все еще собираюсь тебя придушить, – ответила Шаллан. – Он понял, что мы его дурачим. Должно быть, это худшее впечатление, которое когда-либо производила рогоедка.
– На самом деле получилось довольно неплохо, – сказала Тин. – Ты переборщила с использованием неправильных слов, но акцент был что надо. Хотя, смысл не в этом. – Она передала ботинки.
– А в чем? – спросила Шаллан, когда они двинулись назад к каравану. – Чтобы поставить меня в глупое положение?
– Отчасти, – ответила Тин.
– Это был сарказм.
– Если ты хочешь научиться нашему делу, ты должна комфортно чувствовать себя в ситуациях наподобие этой. Ты не должна смущаться, изображая кого-то другого. Чем более невероятна попытка, тем упорнее придется играть роль. Единственный способ совершенствоваться – практика, причем перед людьми, которые, вполне вероятно, могут тебя подловить.
– Полагаю, ты права, – согласилась Шаллан.
– Ботинки тебе слишком велики, – заметила Тин. – Но мне понравилось выражение его лица, когда ты их потребовала. «Не извиниться. Ботинки!»
– Мне на самом деле нужна какая-нибудь прочная обувь. Надоело ходить по камням босиком или в тапочках. Немного набить, и они подойдут.
Она подняла ботинки вверх.
– Э-э, возможно.
Шаллан оглянулась.
– Надеюсь, у него все будет в порядке. Что, если на обратном пути им придется сразиться с бандитами?