«Я считала, что подопечная Джасны у меня в плену, но девчонка меня предала. Со мной не все в порядке. Но я пошлю свою ученицу».
«Еще одну, Тин? – спросил собеседник. – После того, что случилось с Си? В любом случае сомнительно, что они захотят встретиться с ученицей».
«У них нет выбора», – написала Шаллан.
Возможно, ей удалось бы соткать свет вокруг себя таким образом, чтобы выглядеть, как Тин, но Шаллан сомневалась, что готова на что-то подобное. Было достаточно тяжело притворяться кем-то выдуманным, но скопировать конкретного человека? Ее наверняка разоблачат.
«Посмотрим», – ответил собеседник.
Шаллан стала ждать. В далеком Ташикке ее собеседник достал другое самоперо и превратился в посредника между нею и Кровьпризраками. Шаллан решила проверить сферу, которую принесла из ванной.
Ее свет потускнел несильно. Чтобы поддерживать сотканные светом иллюзии, ей придется везде носить с собой запас заряженных сфер.
Самоперо снова начало писать.
«Они согласны. Вы можете быстро добраться до лагеря Себариала?»
«Думаю, да, – ответила Шаллан. – Почему туда?»
«Один из немногих лагерей, где ворота не закрываются на ночь, – объяснил собеседник. – В одном из многоквартирных зданий ваши наниматели встретятся с вашей ученицей. Я нарисую карту. Пусть ученица подойдет туда, когда Салас будет в зените. Удачи».
Последовал набросок, иллюстрирующий, где находится нужное место. Зенит Саласа? В ее распоряжении оставалось двадцать пять минут, а она совсем не знала лагеря. Шаллан вскочила на ноги и замерла. Она не могла пойти в таком виде, одетая как светлоглазая леди. Девушка бросилась к сундуку Тин и начала рыться в одежде.
Несколько минут спустя она стояла перед зеркалом, рассматривая свободные коричневые брюки и белую рубашку на пуговицах. На безопасной руке красовалась перчатка. С такой рукой Шаллан казалось, что она голая. С брюками дело обстояло лучше – темноглазые женщины носили похожие во время работы на плантации дома, хотя она никогда не видела, чтобы светлоглазая женщина была одета подобным образом. Но эта перчатка...
Шаллан поежилась, заметив, что ее фальшивое лицо тоже покраснело. Нос двигался, когда она морщилась. Хорошо, хотя она и надеялась, что сможет скрыть смущение.
Девушка вытащила один из белых плащей Тин. Плащ спускался вниз до самых ботинок, и она закрепила его на талии толстым черным кожаным ремнем таким образом, чтобы плащ оказался почти закрыт спереди – так его носила Тин. Шаллан закончила приготовления и заменила тусклые сферы в кармане заряженными, вытащив их из комнатных ламп.
Ее по-прежнему беспокоил смазанный участок носа.
«Нужно чем-то затенить лицо», – подумала она, поспешив обратно к сундуку.
Оттуда девушка вытащила белую шляпу Блута, ту самую, с широкими полями, закрывающими пол-лица. Шаллан надеялась, что на ней головной убор будет смотреться лучше, чем на Блуте.
Она надела шляпу и, повернувшись к зеркалу, осталась довольной тем, как та скрыла лицо. Все же она смотрелась довольно нелепо. Но в такой одежде казалось, что все выглядит нелепо. Рука в перчатке? Брюки? Плащ, выглядящий величественно на Тин, подчеркивающий ее опыт и чувство стиля, на Шаллан смотрелся так, будто она прикидывалась кем-то другим. Сквозь иллюзию проглядывала испуганная девчонка из деревни Джа Кеведа.
«Авторитет не существует сам по себе. – Слова Джасны. – Это просто туман, иллюзия. Я могу создать такую иллюзию... так же, как и ты».
Шаллан выпрямилась, расправила шляпу, затем прошагала в спальню и рассовала несколько мелочей по карманам, включая карту места встречи. Она подошла к окну и распахнула его настежь. К счастью, ее покои располагались на первом этаже.
– Ну, за дело, – прошептала она Узору.
И растворилась в ночи.
Глава 43. Кровьпризраки
И таким образом, когда беспорядки в округе Ревва затихли, когда прекратили преследовать за междоусобицы, Налан'Элин занялся наконец тем, чтобы возглавить Разящих с Небес, которые назвали его своим наставником, но сначала он отверг их успехи и в своих собственных интересах отказался одобрять то, что считал стремлением к тщеславию и неприятностям. Этот Герольд был последним, кого могли бы связать с такими свойствами.
Несмотря на поздний час, военный лагерь был все еще оживлен. Шаллан не удивилась. Время, проведенное в Харбранте, научило ее, что не для всех наступление ночи означало прекращение работы. На улицах оставалось почти так же много людей, как тогда, когда она проезжала здесь в первый раз.