Женщина властно сидела на своем месте, наблюдая за ним. Адолину показалось, что он видит кое-что за ее спокойным лицом.
«Они до нее добрались, – подумал он. – Вероятно, с помощью взятки».
Принц сильнее стиснул рукоять Клинка и снова взглянул на трех своих противников.
– Вы ублюдки, – прошептал он. – Джакамав, как ты посмел участвовать в этом?
Джакамав не ответил, и Адолин не смог разглядеть его лица под шлемом.
– Итак, – сказал Релис, – продолжим?
Адолин ответил атакой.
Далинар дошел до места судьи, которая сидела на своем собственном маленьком каменном возвышении, выступающем на пару дюймов над дуэльной площадкой.
Ее светлость Истоу, высокая седая женщина, сложила руки на коленях и наблюдала за дуэлью. Она не обернулась, когда Далинар встал рядом с ней.
– Пора положить дуэли конец, Истоу, – сказал кронпринц. – Остановите бой. Присудите победу Релису и его команде.
Женщина продолжила смотреть прямо вперед, не сводя глаз с поединка.
– Вы слышали меня? – требовательно спросил Далинар.
Она ничего не ответила.
– Отлично, – сказал он. – Тогда я сам все закончу.
– Здесь я – кронпринц, Далинар, – произнесла женщина. – На этой арене мое слово является единственным законом, данным мне властью короля.
Она повернулась к нему.
– Ваш сын не сдался и он не повержен. Условия дуэли не выполнены, и я не закончу ее, пока они не выполнятся. Как вы можете не уважать закон?
Далинар сжал зубы и снова посмотрел на арену. Ренарин сражался с одним из мужчин. Парень почти не имел никакой фехтовальной подготовки. Собственно, Далинар увидел, как плечо Ренарина начало сильно дергаться, подтягиваясь к голове. Один из его припадков.
Адолин сражался с остальными тремя, снова и снова набрасываясь на противников. Он дрался изумительно, но не мог защититься от всех сразу. Трое мужчин окружили его и осыпали ударами.
Левый наплечник Адолина взорвался расплавленным металлом, и его дымящиеся кусочки разлетелись по воздуху, а основная часть упала на песок неподалеку. Плоть Адолина оказалась открыта и воздуху, и направленным на него Клинкам.
«Пожалуйста... Всемогущий...»
Далинар повернулся к трибунам, полным наблюдающих светлоглазых.
– Вы можете лишь смотреть? – крикнул он им. – Мои сыновья сражаются в одиночку! Среди вас есть Носители Осколков. Неужели не найдется никого, кто сразится на их стороне?
Он оглядел толпу. Король смотрел себе под ноги. Амарам. Что будет делать Амарам? Далинар заметил его сидящим рядом с королем. Далинар встретился с ним глазами.
Амарам отвел взгляд.
«Нет...»
– Что с нами произошло? – спросил Далинар. – Где наша честь?
– Честь мертва, – прошептал голос позади него.
Далинар обернулся и посмотрел на капитана Каладина. Он не заметил, как мостовик спустился за ним по ступенькам.
Каладин глубоко вздохнул и посмотрел на Далинара.
– Но я посмотрю, что смогу сделать. Если все обернется плохо, позаботьтесь о моих людях.
С копьем в руке он схватился за край стены и перепрыгнул через нее, приземлившись на песок арены этажом ниже.
Глава 57. Убить ветер
Малчин оказался в безвыходном положении, поскольку, не уступая ни в одном из искусств войны, он не подходил для Ткущих Светом. Он желал, чтобы его клятвы были простыми и однозначными. И хотя их спрены очень вольно, в нашем понимании, трактовали эти вопросы, сам процесс включал произнесение правды с целью приблизиться к порогу самосознания, чего Малчин никогда не мог достичь.
Шаллан привстала на своем сиденье, наблюдая за сражающимся внизу Адолином. Почему он не сдался? Не отменил поединок?
Четверо. Ей следовало предвидеть подобную уловку. В качестве его жены следить за подобными интригами будет ее обязанностью. Но даже теперь, будучи помолвленной, она уже крайне сильно его подвела. Более того, идея, закончившаяся полным фиаско, принадлежала ей.
Показалось, что Адолин собирается сдаться, но затем по непонятной причине он снова бросился в сражение.
– Глупец, – проговорил Себариал, развалившийся рядом с ней. Палона разместилась по другую его руку. – Слишком высокомерный, чтобы понять, что уже побежден.
– Нет, – ответила Шаллан. – Тут что-то другое.
Ее глаза метнулись к бедному Ренарину, полностью ошеломленному, но пытающемуся сражаться с Носителем Осколков.