Лифт достигла конца стола и увидела блюда, расставленные на меньшем по размеру столике в другом конце комнаты. Отделка помещения была очень азианской. Повсюду завитки вышивки, ковры, столь прекрасные, что, вероятно, какая-нибудь бедная женщина ослепла, пока их ткала. Темные оттенки и приглушенное освещение. Картины на стенах.
«Ха, – подумала Лифт, – на этой кто-то изодрал одно из лиц. Кому могло прийти в голову испортить картину, да еще такую прекрасную, изображающую выстроившихся в ряд Герольдов?»
Что ж, к блюдам, похоже, никто не притрагивался. Ее желудок урчал, но девочка ждала чего-нибудь, что отвлекло бы внимание вельмож.
Случай не замедлил представиться. Дверь открылась. Скорее всего, стражники прибыли доложить об обнаруженном воре. Бедный Гокс. Позже ей нужно будет его вытащить.
Прямо сейчас – время подкрепиться. Лифт оттолкнулась коленями и применила потрясность, чтобы сделать ноги скользкими. Она проехалась по полу и схватилась за угловую ножку стола с едой. Использовав импульс движения, девочка плавно крутанулась вокруг ножки, оказавшись за ней. Припав к полу, она устранила скольжение с ног – свисающая скатерть надежно скрывала ее от людей в центре комнаты.
Идеально. Лифт дотянулась рукой до булочки, стащила ее со стола и откусила немного, но вдруг насторожилась.
Почему все затихли? Она рискнула выглянуть из-под стола.
Он.
Высокий азианин с белой меткой в виде полумесяца на щеке. Черная форма с двойным рядом серебряных пуговиц вдоль передней стороны мундира, жесткий серебристый ворот высунувшейся из-под него рубашки. У толстых перчаток были собственные отвороты, которые отгибались до середины предплечий.
Мертвые глаза. Темный собственной персоной.
«О нет».
– Что это значит?! – потребовала ответа одна из визирей, женщина в широкой мантии со слишком большими рукавами. Ее шляпа с необычным узором весьма эффектно сочеталась с мантией.
– Я пришел сюда за вором, – ответил Темный.
– Вы понимаете, где находитесь? Как вы смеете прерывать...
– У меня есть соответствующие документы.
Темный говорил совершенно без эмоций. Никакого раздражения от предъявленных претензий, никакого высокомерия или напыщенности. Вообще ничего. Из-за спины Темного вышел один из его спутников – мужчина в черной с серебром форме, украшенной не так обильно. Он подал начальнику аккуратно перевязанную пачку бумаг.
– Документы – это, конечно, хорошо, – проговорила визирь. – Но, констебль, сейчас не время для...
Лифт дала деру.
Ее инстинкты наконец побороли удивление, и она побежала, перепрыгнув через кушетку на пути к задней двери. Виндл стремительно двигался рядом с ней размытой полоской.
Зубами она оторвала от булочки большой кусок. Еда ей понадобится. За дверью должна находиться спальня, а в спальне будет окно. Вломившись в дверь, она бросилась вперед.
С другой стороны, из тени, что-то взметнулось.
Дубинка ударила ее в грудь. Ребра затрещали. Лифт ахнула и повалилась лицом на пол.
Еще один помощник выступил из теней спальни.
– Даже хаотическое поведение, – сказал Темный, – можно предугадать при надлежащем изучении.
Его шаги приближались к Лифт сзади.
Она стиснула зубы и свернулась калачиком на полу.
«Не наелась…»
Она испытывала сильный голод.
Те несколько кусков, которые Лифт успела проглотить, уже делали свое дело. Она ощутила знакомое чувство, словно шторм в венах. Жидкая потрясность. По мере того как Лифт исцелялась, боль в груди постепенно исчезала.
Виндл сновал кругами, обвивая ее снова и снова небольшим лассо из лоз, прораставших листьями на полу. Темный подошел ближе.
«Вперед!»
Лифт вскочила на четвереньки. Темный схватил ее за плечо, но девочка смогла вырваться. И призвала свою потрясность.
Темный резко ткнул в нее чем-то.
Небольшое животное походило на крэмлинга, только с крыльями. Связанные крылья и лапки, странная маленькая голова, не такая крабовидная, как у крэмлинга. Мордочкой, ртом и глазами оно больше напоминало громгончую.
Казалось, что животное нездорово, его мерцающие глаза застилала боль. Откуда такие мысли?
Существо втянуло всю потрясность Лифт. Она своими глазами увидела, как что-то белое и сияющее, похожее на завитки света, устремляется от нее к маленькому животному. Оно открыло рот и выпило свет.