– В нытика, – ответила Лифт, отдуваясь.
– Чепуха.
– Значит, ты всегда был нытиком?
Она оглянулась через плечо. Темный небрежно оттолкнул с дороги конюха, почти не сбившись с шага, и пробежал мимо.
Лифт добралась до двери и вломилась в нее плечом, снова выбираясь в богатые коридоры.
Ей требовался выход. Окно. Своим безоглядным бегством она просто описала круг, вернувшись к покоям Высокочтимого. Выбрав направление инстинктивно, она побежала, но впереди из-за угла показался один из помощников Темного. У него также имелся Клинок Осколков. Вот так удача, голод подери.
Лифт развернулась в другую сторону и проскочила мимо Темного, выбегающего из служебного коридора. Она едва увернулась от взмаха его Клинка, поднырнув вниз, сделав себя скользкой и проехавшись по полу. На этот раз она вскочила на ноги не споткнувшись. Ну, хоть что-то.
– Кто те люди? – спросил Виндл сбоку.
Лифт хмыкнула.
– Почему они так озабочены твоей персоной? С их оружием что-то не так...
– Клинки Осколков, – ответила Лифт. – Стоят целого королевства. Предназначены для убийства Несущих Пустоту. И у них их два. Безумие.
«Предназначены для убийства Несущих Пустоту...»
– Ты! – воскликнула она на бегу. – Они охотятся за тобой!
– Что? Конечно же нет!
– Так. Не волнуйся. Ты мой. Никому тебя не отдам.
– Очаровательная преданность, – проговорил Виндл. – Даже ни капельки не обидно. Но они охотятся не за...
Второй помощник Темного шагнул в коридор прямо перед Лифт. Он держал Гокса.
К шее юноши был прижат нож.
Девочка резко остановилась. Гокс всхлипывал в руках мужчины, сильно вытянув шею.
– Не двигайся, – сказал помощник, – или я его убью.
– Ублюдок, голод тебя подери, – отозвалась Лифт. Она сплюнула в сторону. – Это подло.
Сзади подоспел тяжело топавший Темный, к нему присоединился второй преследователь. Ее загнали в ловушку. Вход в покои Высокочтимого находился прямо впереди, визири и отпрыски заполонили коридор, переговариваясь возмущенными голосами.
Гокс плакал. Бедный дурак.
Что ж. Такие вещи никогда не заканчивались хорошо. Лифт последовала своей интуиции – что, в общем, она всегда и делала – и проверила блеф помощника, бросившись вперед. Он был из тех, кто соблюдает закон. Он не сможет хладнокровно убить заложника в...
Помощник Темного перерезал горло Гокса.
Алая кровь выплеснулась и запачкала одежду юноши. Спутник Темного отшвырнул Гокса на пол и отступил назад, будто удивившись тому, что наделал.
Лифт замерла. Он не мог... Он не...
Темный схватил ее сзади.
– Что ты натворил? – спросил он помощника лишенным эмоций тоном. Лифт едва его слышала.
«Так много крови».
– Ты будешь наказан.
– Но... – проговорил помощник. – Мне пришлось исполнить угрозу...
– Чтобы убить этого мальчишку в этом королевстве, ты не собрал нужные документы, – произнес Темный.
– Разве мы не выше закона?
Темный отпустил Лифт и, шагнув вперед, отвесил помощнику пощечину.
– Если бы не закон, ничего бы не было. Ты станешь следовать их правилам и принимать веления правосудия. Это все, что у нас есть, единственное, в чем можно быть уверенным в мире.
Лифт не отрывала взгляда от умирающего Гокса, который прижал руки к шее, как если бы пытался остановить кровотечение. Его слезы...
Сзади к ней подошел второй помощник.
– Беги! – воскликнул Виндл.
Она вздрогнула.
– Беги!
Лифт побежала.
Она проскочила мимо Темного и протолкалась сквозь визирей, которые ахали и вскрикивали при виде смерти. На полной скорости Лифт пронеслась через покои Высокочтимого, проскользила по столу, ухватила еще одну булочку с большого блюда и ворвалась в спальню. Секундой позже она выбралась из окна.
– Наверх, – сказала девочка Виндлу и засунула булочку в рот.
Он метнулся вверх по наружной части стены, и Лифт начала карабкаться, истекая потом. Секунду спустя один из помощников высунулся из окна под ней.
Не посмотрев вверх, он спрыгнул во двор и стал озираться по сторонам. Его Клинок Осколков поблескивал в темноте, отражая свет звезд.
Лифт успешно добралась до верхнего уровня дворца и спряталась там в тенях. Она присела на корточки, обхватив руками колени, и почувствовала, что замерзает.
– Ты едва его знала, – сказал Виндл. – И, тем не менее, скорбишь.