– Да, – нерешительно ответил Каладин.
– Замечательно. Тогда...
– Дай мне пару дней. Подготовь место, где нас никто не увидит. После этого... да, договорились. Я позволю тебе провести измерения.
– Замечательно, – проговорил Сигзил. – Я разработал несколько экспериментов.
Он остановился на тропинке, позволив Каладину и остальным следовать дальше.
Каладин пристроил копье на плече и расслабил руку. Он часто замечал за собой, что слишком сильно сжимает копье, так, что белели костяшки пальцев. Как будто какая-то его часть до сих пор не верила, что он вправе носить его прилюдно, и опасалась, что копье снова могут забрать.
Появилась Сил после ежедневного облета лагеря с утренними ветрами. Она приземлилась на его плечо и уселась, казалось, погруженная в размышления.
Лагерь Далинара мог похвастать хорошей организованностью. Солдаты никогда не слонялись здесь без дела. Они всегда были чем-то заняты: приводили в порядок оружие, приносили продукты, таскали грузы, занимались патрулированием. В этом лагере мужчины часто патрулировали. Даже при сократившейся по численности армии Каладин миновал три патруля, пока его люди шли к воротам. Это на три больше, чем он когда-либо видел в лагере Садеаса.
Каладин в очередной раз обратил внимание на запустение. Мертвым не было нужды превращаться в Несущих Пустоту, чтобы тревожить лагерь: опустевшие бараки делали это за них. Он прошел мимо женщины, которая сидела на земле около одного из пустых бараков и смотрела в небо, держа в руках узел с мужской одеждой. Около нее на тропинке стояли двое маленьких детей. Слишком тихие. Такие маленькие дети не должны вести себя настолько тихо.
Кварталы казарм образовывали огромное кольцо, в центре которого располагалась более населенная часть лагеря – шумный район, включающий в себя жилой комплекс Далинара и помещения разных кронлордов и генералов. Комплекс Далинара представлял собой похожее на холм каменное убежище с развевающимися знаменами и снующими клерками с полными руками учетных книг. Неподалеку несколько офицеров установили вербовочные палатки, к ним тянулась длинная очередь из потенциальных солдат. Некоторые из них были наемниками, прибывшими на Разрушенные равнины в поисках работы. Другие выглядели как пекари или прочие мирные люди, откликнувшиеся на дополнительный призыв после случившегося несчастья.
– Почему ты не засмеялся? – спросила Сил, изучая очередь, пока Каладин шел мимо, направляясь к воротам из лагеря.
– Извини, – ответил он. – Ты сделала что-то смешное, чего я не заметил?
– Я имею в виду, раньше, – пояснила она. – Камень и остальные засмеялись. А ты нет. Если ты смеялся в течение недель, когда все было плохо, я знала, что ты заставляешь себя это делать. Я думала, что как только все изменится к лучшему...
– Теперь мне нужно присматривать за целым батальоном мостовиков, – ответил Каладин, устремив взгляд вперед. – И охранять жизнь кронпринца. Я посреди лагеря, полного вдов. Что-то не до смеха.
– Но все изменилось к лучшему, – сказала Сил. – Для тебя и твоих людей. Подумай о том, что ты сделал, чего добился.
Целый день кровопролития на плато. Идеальный сплав его самого, оружия и штормов. И он убивал с их помощью. Убивал, чтобы защитить светлоглазых.
«Он не такой, как они», – подумал Каладин.
Они всегда говорили одно и то же.
– Думаю, я просто жду.
– Чего?
– Грома, – тихо ответил он. – За молнией всегда следует гром. Иногда нужно подождать, но в конце концов он приходит.
– Я...
Сил вспорхнула перед ним, зависнув в воздухе, и отодвигалась назад по мере того, как он шел. Она не летала – у нее не было крыльев – и не двигалась взад-вперед, а просто стояла без опоры и перемещалась синхронно с ним. Похоже, она не обращала внимания на обычные физические законы.
Сил вскинула голову.
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Проклятие! Я думала, что разобралась во всем этом. Гром? Молния?
– Помнишь, когда ты поддержала меня, чтобы я сразился и спас Далинара, как тебе было больно, когда я убивал?
– Да.
– Это схожее чувство, – тихо сказал Каладин. Посмотрев вбок, он обнаружил, что снова слишком сильно сжимает копье.
Сил наблюдала за ним, уперев руки в бедра и ожидая, пока он скажет еще что-нибудь.
– Должно случиться что-то скверное, – продолжил Каладин. – Мои дела не могут просто продолжать идти в гору. Жизнь не такая. Не исключено, что это связано со вчерашними глифами на стене у Далинара. Они выглядели как обратный отсчет.