– Ты хочешь от меня слишком многого, – отрывисто проговорил Каладин, когда добрался до другой стороны ущелья. – Я не какой-нибудь прославленный рыцарь из древних времен. Я сломленный человек. Слышишь меня, Сил? Я сломлен.
Она метнулась к нему и прошептала:
– Именно такими они все и были, глупенький.
И устремилась прочь.
Каладин стал наблюдать, как солдаты колонной переходили через мост. Это был не забег на плато, но Далинар все равно привел довольно много солдат. Углубиться в Разрушенные равнины означало вступить в зону боевых действий, а паршенди всегда оставались угрозой.
Четвертый мост протопал через механическую конструкцию, неся на плечах мост поменьше. Каладин не хотел покидать без него лагерь. Устройства, используемые Далинаром, – массивные, приводящиеся в действие храповым колесом мосты, которые тянули чуллы, – были удивительными, но Каладин им не доверял. Надежный мост на своих собственных плечах – совсем другое дело.
Сил снова пролетела неподалеку. Неужели она действительно ожидала, что он будет жить в соответствии с ее восприятием того, что правильно, а что нет? Неужели она собиралась отнимать у него способности каждый раз, когда он рисковал пойти против нее?
Это будет похоже на жизнь с петлей на шее.
Настроившись на то, что его волнения не смогут испортить сегодняшний день, Каладин отправился проверить, как идут дела у Четвертого моста.
«Посмотри в бескрайнее небо, – сказал он самому себе. – Вдохни ветер. Наслаждайся свободой».
После стольких дней взаперти подобные вещи казались чудесными.
Каладин обнаружил бригаду Четвертого выстроившейся рядом с мостом. Было странно видеть их в старых, подбитых на плечах кожаных жилетах поверх новой униформы, превративших мостовиков в причудливую смесь того, кем они были раньше и кем стали теперь. Они отсалютовали ему все вместе, и он поприветствовал их в ответ.
– Вольно, – сказал Каладин, и они разошлись, смеясь и отпуская шуточки друг над другом, пока Лоупен и его помощники распределяли бурдюки с водой.
– Ха! – воскликнул Камень, устраиваясь на краю моста, чтобы напиться. – Эта штука не такая тяжелая, какой я ее помнил.
– Потому что мы передвигаемся медленнее, – ответил Каладин, указав на механический мост Далинара. – И потому что ты помнишь, как носил мост поначалу, а не в конце, когда мы хорошо питались и много тренировались. Тогда он и полегчал.
– Нет, – возразил Камень. – Мост стал легким, потому что мы победили Садеаса. Все, как и должно было случиться.
– В этом нет никакого смысла.
– Ха! Смысл как раз в этом. – Рогоед глотнул воды. – Опьяненный воздухом низинник.
Каладин покачал головой, но позволил себе улыбнуться знакомому голосу Камня. Утолив жажду, он побежал трусцой через плато к Далинару, который только что закончил переправляться. Плато венчала высокая каменная формация, и на ее верхушке разместилась деревянная постройка, похожая на маленький форт. От одной из размещенных там подзорных труб бликом отразился солнечный свет.
На это плато не вел ни один из постоянных мостов, окружавших безопасную зону около лагерей. Дежурившие здесь разведчики располагали шестами и перепрыгивали ущелья в самых узких местах. Судя по всему, занимающиеся подобным должны быть немного безумными, и именно поэтому Каладин всегда испытывал к ним уважение.
Один из прыгунов разговаривал с Далинаром. Каладин ожидал, что человек окажется высоким и гибким, но он был низкорослым и крепко сбитым, с мускулистыми предплечьями. На нем красовалась униформа Холинов с белыми полосками на мундире.
– Мы действительно кое-что заметили, светлорд, – сказал прыгун Далинару. – Я видел его своими собственными глазами и записал дату и время глифами в учетной книге. Мужчина весь светился и летал по небу взад-вперед над равнинами.
Далинар хмыкнул.
– Я не сошел с ума, сэр, – продолжил прыгун, переминаясь с ноги на ногу. – Другие парни тоже его заметили, когда я...
– Я верю тебе, солдат, – ответил Далинар. – Это был Убийца в Белом. Он выглядел точно так же, когда явился за королем.
Мужчина расслабился.
– Светлорд, сэр, я подумал о том же. Кое-кто в лагере говорил мне, что я просто увидел то, что хотел видеть.
– Никому не хочется его увидеть, – проговорил Далинар. – Но зачем ему тратить время на равнинах? Почему он не нанес удар снова, если подобрался так близко?