Мостовик опустил взгляд, ожидая увидеть лишь обрубок, но все оказалось не так уж плохо. Лужа крови, порванные штаны, но кости не видно. Онемение появилось вследствие шока.
Его разум заработал в аналитическом режиме и сосредоточился на ранах. Ничего хорошего в этом не было. Сейчас он должен оставаться солдатом, а не хирургом. Скальный демон разворачивался в ущелье, часть его лицевого панциря отсутствовала.
Убраться. Подальше.
Каладин развернулся, встал на четвереньки и, покачнувшись, поднялся. Нога вроде бы слушалась. Он сделал шаг, и в ботинке захлюпало.
Куда подевался Клинок Осколков? Вот он, впереди. Меч упал достаточно далеко, воткнувшись в землю рядом со сферами, которые Каладин выбросил из трещины. Мостовик захромал к Клинку, но даже идти было трудно, не говоря уже о том, чтобы бежать. Он преодолел полпути, когда нога окончательно подвела. Сильно ударившись о землю, Каладин расцарапал руку о сланцекорник.
Скальный демон затрубил и...
– Эй! Эй!
Каладин извернулся и посмотрел назад. Шаллан? О чем думала эта глупая женщина, когда встала посреди ущелья и начала размахивать руками как помешанная? Как она вообще проскочила мимо него?
Девушка закричала снова, привлекая внимание скального демона. Ее голос отдавался странным эхом.
Скальный демон отвернулся от Каладина и начал наносить удары, пытаясь попасть по Шаллан.
– Нет! – вскрикнул Каладин.
Но какой прок от крика? Ему требовалось оружие. Стиснув зубы, он развернулся и заковылял, как получалось, к Клинку Осколков. Шторма, Шаллан...
Каладин вытащил меч из камня, но снова повалился на землю. Нога не выдержит. Он развернулся с Клинком Осколков в руках и зашарил глазами по ущелью. Монстр продолжал размахивать клешнями и трубил. Ужасный звук отражался и многократно повторялся эхом в узком ограниченном пространстве. Каладин не видел труп. Неужели Шаллан удалось сбежать?
Видимо, когда он ткнул проклятую тварь в брюхо, та разозлилась еще больше. Голова. Его единственным шансом была голова.
Каладин с трудом встал на ноги. Монстр перестал молотить по земле и с трубным воплем направился к нему. Мостовик обхватил меч двумя руками и замахнулся. Нога подвернулась. Он попытался опуститься на одно колено, но нога окончательно вышла из строя, и ему пришлось завалиться набок, лишь чудом не порезав самого себя Клинком Осколков.
Он плюхнулся в лужу. Прямо перед ним лежала одна из брошенных сфер, сияя ярким белым светом.
Каладин потянулся к воде, выловил сферу и сжал кусочек холодного стекла. Он так нуждался в ее свете. Шторма, от штормсвета зависела его жизнь.
«Пожалуйста».
Сверху навис скальный демон.
Каладин сделал вдох с такой жаждой, будто ему не хватало воздуха. Он услышал... хотя и в отдалении...
Плач.
Сила его не наполнила.
Скальный демон ударил клешней, и Каладин увернулся, странным образом обнаружив своего двойника. Копия возвышалась над ним с поднятым мечом, более крупная, чем в жизни. Она превосходила его в полтора раза.
«Что, во имя глаз Всемогущего?..» – ошеломленно подумал Каладин, когда скальный демон попал клешней по стоящей рядом фигуре. Двойник разлетелся облачком штормсвета.
Что он сделал? Как он это сделал?
Неважно. Он остался жив. С отчаянным воплем Каладин вскочил на ноги и, шатаясь, направился к скальному демону. Ему нужно подобраться поближе, как раньше, когда монстр не мог размахнуться клешнями из-за ограниченности пространства.
Так близко, чтобы...
Скальный демон поднялся на задние лапы и резко бросился вниз, чтобы укусить Каладина, раскрыв жвалы и буравя его ужасными глазами.
Каладин со всей силы ударил вверх.
Скальный демон с грохотом обрушился на землю, дергая лапами, его хитиновый панцирь затрещал. Прижав свободную руку ко рту, Шаллан вскрикнула в своем укрытии позади валуна. Ее кожа и одежда были полностью черными.
Скальный демон похоронил Каладина под собой.
Шаллан выронила листы бумаги: на одном – изображение ее самой, на другом – Каладина, и полезла по камням, рассеивая окружавшую ее темноту. Необходимо находиться ближе к схватке, чтобы иллюзии работали. Лучше, конечно, было бы послать их с Узором, но это оказалось проблематично, потому что...
Шаллан остановилась перед все еще подергивающимся животным – грудой из мяса и панциря, походившей на рухнувшую с обвалом кучу камней. Девушка переступила с ноги на ногу, не уверенная в том, что делать.