Оно звучало как мольба. Как будто голос Сета стиснули с двух сторон.
Человек пребывал не в своем уме. Сет-сын-сына-Валлано являлся самым опасным оружием на всем Рошаре, и он оказался сломлен.
Шторма, почему подобное не могло случиться в день, когда мозг Таравангиана работал не вполсилы?
– С чего ты взял? – спросил Таравангиан, пытаясь выгадать немного времени, пока его разум обдумает все последствия. Король держал Клятвенный камень Сета перед собой, как будто тот мог устранить все проблемы подобно глифпарам суеверных женщин.
– Я сражался с ним, – ответил Сет. – Он защищал Холина.
– Ах, да, – проговорил Таравангиан, быстро обдумывая услышанное.
Сета изгнали из Шиновара, сделали Не Знающим Правду по причине того, что он заявил о возвращении Несущих Пустоту. Если он обнаружит, что не ошибся, тогда что...
«С ним?»
– Ты сражался с волноплетом? – спросила Адротагия, взглянув на Таравангиана.
– Да, – ответил Сет. – Мужчина алети, наполненный штормсветом. Он исцелил рану на руке, нанесенную Клинком. Он... Сияющий...
Напряжение в голосе Сета, судя по всему, представляло опасность. Таравангиан посмотрел на его руки. Они постоянно сжимались в кулаки, словно пульсировало сердце.
– Нет-нет, – проговорил Таравангиан. – Я только недавно узнал кое о чем. Да, теперь все обрело смысл. Один из Клинков Чести исчез.
Сет моргнул и сосредоточился на короле, будто возвратившись к реальности откуда-то издалека.
– Один из оставшихся семи?
– Да, – подтвердил Таравангиан. – До меня доходили только слухи. Ваш народ скрытен. Но, да... Полагаю, это один из тех двух, что даруют восстановление. Должно быть, он у Холина.
Сет начал раскачиваться взад-вперед, хотя, похоже, не осознавал, что делает. Даже в тот момент он двигался с грацией бойца. Шторма!
– Тот человек, с которым я сражался, – сказал Сет, – не призывал Клинок.
– Но он использовал штормсвет, – ответил Таравангиан.
– Да.
– Поэтому у него должен быть Клинок Чести.
– Я...
– Это единственное объяснение.
– Это... – Голос Сета стал более спокойным. – Да, единственное объяснение. Я убью его и верну Клинок.
– Нет, – твердо произнес Таравангиан. – Ты должен возвратиться к Далинару Холину и выполнить назначенную тебе задачу. Не сражайся с тем другим человеком. Напади, когда его не будет рядом.
– Но...
– Разве не у меня твой Клятвенный камень? – требовательно спросил Таравангиан. – Разве мое слово может быть подвергнуто сомнению?
Сет перестал раскачиваться. Он встретился взглядом с Таравангианом.
– Я Не Знающий Правду. Я выполняю то, что прикажет мне хозяин, и не требую объяснений.
– Держись подальше от человека с Клинком Чести, – повторил Таравангиан. – Убей Далинара.
– Будет сделано.
Сет развернулся и ушел прочь. Таравангиану хотелось прокричать дальнейшие приказания: «Не позволяй, чтобы тебя видели! Больше никогда не подходи ко мне на людях!»
Но он лишь уселся прямо на дороге, его самообладание дало трещину. Таравангиан вздохнул, его охватила дрожь, по брови протянулась струйка пота.
– Отец Штормов, – проговорила Адротагия, устраиваясь на земле рядом с ним. – Я думала, мы покойники.
Пока Мралл извинялся за короля, слуги принесли ему стул.
«Короля захлестнула скорбь из-за такого количества смертей. Он стар, знаете ли. И так заботлив...»
Таравангиан тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки. Он посмотрел на Адротагию, которая сидела в центре круга из слуг и солдат. Каждый из них присягнул следовать Диаграмме.
– Кто он? – тихо спросил король. – Кто тот волноплет?
– Ученица Джасны? – предположила Адротагия.
Они сильно встревожились, когда веденка прибыла на Разрушенные равнины. Но они уже предполагали, что девушку обучили. Если не Джасна, то брат девушки, пока был жив.
– Нет, – ответил Таравангиан. – Это мужчина. Один из членов семьи Далинара? – Он размышлял некоторое время. – Нам нужна сама Диаграмма.
Адротагия оставила его, чтобы принести книгу с корабля. Сейчас ничего не имело значения – ни его встречи с солдатами, ни более важные совещания с веденскими лидерами. В Диаграмме обнаружилась ошибка. Они блуждали по опасной территории.
Адротагия вернулась с Диаграммой и штормстражами, которые установили шатер рядом с Таравангианом, прямо на дороге. Продолжились объяснения: «Король не переносит солнце. Он должен отдохнуть и сжечь глифпару во славу Всемогущего ради защиты вашего народа. Таравангиан беспокоится, даже когда ваши собственные светлоглазые посылают вас в бойню».