«Нам необходимо подобраться к тем паршенди сзади, – подумал он. – Отец хочет, чтобы они бросили в битву резервы, хочет оборвать пение...»
Что там говорила Шаллан об этих внутренних плато? И о скальных образованиях на них?
– Собери мне батальон, – сказал Адолин. – Тысячу человек, тяжелых пехотинцев. Когда пройдет полчаса после того, как я выступлю с ними, отправь всех оставшихся солдат в полномасштабную атаку против паршенди. Я хочу кое-что попробовать, и мне понадобится отвлекающий маневр.
– Ты умер! – прокричал Далинар, подняв голову к небу. Он развернулся, по-прежнему находясь на центральном плато между тремя полями битв, напугав своих помощников и сопровождающих. – Ты сказал мне, что тебя убили!
На лицо падали капли дождя. Неужели слух подвел его в царящей неразберихе дождя и криков?
– Я не Всемогущий, – произнес голос.
Далинар обернулся, рыская взглядом по лицам спутников. Четверо мостовиков в штормплащах отступили назад, будто в испуге. Его капитаны поглядывали на облака, сжимая рукояти мечей.
– Кто-нибудь слышал голос? – спросил Далинар.
И мужчины, и женщины покачали головами.
– Вы... слышите Всемогущего? – спросила одна из посыльных.
– Да.
Это был самый простой ответ, хотя Далинар не до конца понимал, что происходит. Он продолжил свой путь через центральное плато, намереваясь узнать, как идут дела на фронте Адолина.
– Мне жаль, – повторил голос.
В отличие от видений Далинар не мог заметить воплощение бога, произносящего слова. Они доносились из ниоткуда.
– Ты приложил столько усилий. Но я ничего не могу для тебя сделать.
– Кто ты? – прошипел Далинар.
– Я – то, что осталось.
Он не соответствовал в полной мере тому голосу, что Далинар слышал в видениях. Был более глубоким, насыщенным.
– Я оставшаяся от Него частица. Я видел Его тело, видел, как Он умер, когда Злоба убил Его. А я... сбежал. Чтобы продолжать существовать дальше, как и всегда. Я – часть Бога, оставшаяся в этом мире, ветра, которые чувствуют люди.
Отвечал ли он на вопрос Далинара или просто произносил монолог? Кронпринц считал, что во время видений беседует с этим голосом, но оказалось, что половина кажущегося диалога записана заранее. Он не понимал, происходит ли теперь то же самое.
Шторма... Неужели сейчас он находился в видении? Далинар застыл на месте, неожиданно представив ужасную картину: он корчится на полу во дворце, а весь путь, приведший к битве под дождем, всего лишь игра его воображения.
«Нет, – подумал он с яростью. – Этим меня не проймешь».
Прежде Далинар всегда понимал, когда оказывался в видении, поэтому у него не было причин считать, что теперь что-то изменилось.
Резервные копейщики, которых он направил к Аладару, пробежали мимо, подняв острия копий вверх. Если ударит настоящая молния, им всем грозит нешуточная опасность, но особенного выбора не было.
Далинар подождал, не скажет ли голос еще что-то, но ничего не происходило. Кронпринц пошел дальше и вскоре приблизился к плато Адолина.
Неужели прогремел гром?
Нет. Далинар обернулся и различил лошадь, несущуюся галопом в его сторону с посыльной на спине. Он поднял руку, прервав тактический рапорт капитана Джави.
– Светлорд! – прокричала посыльная, подняв лошадь на дыбы. – Светлорд Телеб пал! Кронпринца Ройона разгромили. Его ряды смяты, остатки войска окружены паршенди! Его отрезали от остальных на северном плато!
– Бездна! Капитан Хал?
– Все еще на ногах, сражается там, где в последний раз видели Ройона. Он близок к разгрому.
Далинар обернулся к Джави.
– Резервы?
– Не знаю, остался ли у нас еще хоть кто-то, – ответил мужчина, побледнев. – Зависит от того, отдыхает ли кто-то в свою очередь.
– Выясни и приведи их сюда! – Далинар подбежал к посыльной. – Слезай.
– Сэр?
– Слезай!
Женщина соскочила с лошади, и Далинар, закинув ногу в стремя, уселся в седло. Он развернул лошадь, благодарный, что хоть раз оказался без Доспехов Осколков, иначе это легкое животное не выдержало бы его вес.
– Собери всех, кого сможешь, и за мной! – прокричал он. – Мне нужны люди, даже если тебе придется отозвать тот батальон копейщиков у Аладара.
Ответ капитана Джави затерялся в шуме дождя, когда Далинар пригнулся и пятками направил лошадь вперед. Кобыла фыркнула, и ее пришлось пришпорить, чтобы заставить двигаться. Треск молний в отдалении пугал лошадь.
Задав направление, он позволил ей бежать свободно, и животное энергично понеслось галопом. Далинар быстро проскакал через плато. Палатки для ухода за ранеными, командные посты и походные кухни смазались в одно неясное пятно. Подъехав к северному плато, он натянул поводья и поискал глазами Навани.