У Джасны найдется несколько сфер. Дверь в ее каюту была приоткрыта, легонько хлопая в такт покачиванию корабля, идущего вечерним курсом. Джасна сидела за столом, и Шаллан заглянула внутрь, внезапно ощутив неуверенность, стоит ли ее беспокоить.
Девушке было видно, как Джасна, поднеся руку к виску, смотрит на разбросанные перед собой бумаги. Взгляд принцессы казался обеспокоенным, лицо – измученным.
Совсем не та Джасна, которую привыкла видеть Шаллан. Уверенность сменилась переутомлением, самообладание уступило место беспокойству. Джасна начала что-то писать, но остановилась после нескольких слов. Опустив перо, она закрыла глаза и начала массировать виски. Вокруг ее головы появилось несколько бешено вертящихся спренов, похожих на пылевые вихри. Спрены усталости.
Шаллан отпрянула назад, почувствовав, что сейчас слишком неподходящий момент. Джасна с опущенными защитными барьерами. Шаллан начала красться прочь, но голос с пола неожиданно произнес:
– Правда!
В испуге Джасна подняла глаза и встретилась взглядом с Шаллан, которая, конечно же, отчаянно покраснела.
Опустив голову, Джасна увидела на полу Узора и снова надела маску, приняв подобающую позу.
– Да, дитя?
– Мне... мне нужны сферы... – проговорила Шаллан. – Те, что были у меня в кармане, потускнели.
– Ты занималась преобразованием? – резко спросила Джасна.
– Что? Нет, ваша светлость. Я обещала, что не стану этого делать.
– Тогда дело во второй способности. Зайди и прикрой дверь. Нужно поговорить с капитаном Тозбеком; она не закрывается как следует.
Шаллан вошла внутрь, захлопнув дверь, хотя защелка не сработала. Испытывая смущение, она шагнула вперед, сцепив руки.
– Что ты делала? – спросила Джасна. – Полагаю, это связано со штормсветом?
– Кажется, я заставила появиться растения, – ответила Шаллан. – Ну, на самом деле, только их цвет. Один из моряков видел, как палуба позеленела, но все исчезло, когда я перестала о них думать.
– Да... – проговорила Джасна.
Она пролистала одну из книг, остановившись на определенной иллюстрации. Шаллан уже видела ее прежде; она была такой же древней, как воринизм. Десять сфер, соединенных линиями, образовывали фигуру, похожую на песочные часы, положенные набок. Две сферы в центре выглядели почти как зрачки. Двойной глаз Всемогущего.
– Десять сущностей, – тихо сказала Джасна и провела пальцами по странице. – Десять волн. Десять орденов. Но почему спрены в конце концов вернули нам возможность произносить клятвы? Что это означает? И сколько времени у меня осталось? Немного. Совсем немного...
– Ваша светлость? – вопросительно проговорила Шаллан.
– До твоего появления мне казалось, что я – отклонение от нормы, – сказала Джасна. – Я могла надеяться, что волноплетение не возрождается массово. Больше у меня такой надежды нет. Криптики отправили тебя ко мне, в этом я не сомневаюсь, поскольку знали – тебе понадобится обучение. Что позволяет мне надеяться, что я была, по всей видимости, одной из первых.
– Я не понимаю.
Джасна посмотрела в сторону Шаллан, встретившись с ней пристальным взглядом. Глаза наставницы покраснели от усталости. Как долго она работала? Каждую ночь, когда Шаллан возвращалась в свою каюту, из-под двери Джасны пробивался свет.
– Если честно, – ответила Джасна, – я тоже не понимаю.
– Вы в порядке? – спросила Шаллан. – Прежде чем я вошла, вы казались... утомленной.
Джасна помедлила всего мгновение.
– Я просто слишком долго занималась своим исследованием.
Она повернулась к своим сундукам и достала мешочек из темной ткани, наполненный сферами.
– Вот, возьми. Я бы посоветовала тебе всегда иметь при себе сферы, чтобы твои способности к волноплетению могли проявиться.
– Вы можете научить меня? – спросила Шаллан, беря мешочек.
– Не знаю, – ответила Джасна. – Я постараюсь. Согласно этому изображению, одна из волн известна как Иллюминация, владение светом. Сейчас я бы предпочла направить твои силы на изучение данной волны, а не преобразования. Оно всегда было опасным искусством. А теперь тем более.
Шаллан кивнула, вставая. Однако помедлила, прежде чем выйти.
– С вами точно все в порядке?
– Конечно, – ответила Джасна слишком поспешно.
Принцесса была уравновешенной, спокойной, но заметно истощенной. Маска начала рушиться, и Шаллан смогла увидеть правду.
«Она старается успокоить меня, – поняла девушка. – Погладить по головке и уложить спать, как дитя, разбуженное кошмаром».
– Вы обеспокоены, – сказала Шаллан, встретившись глазами с Джасной.