– Перестань прохлаждаться. Останешься здесь, и ты покойник.
– Как Ройон? – уточнил Себариал.
– К несчастью.
– Так это правда. – Себариал встал и отряхнул брюки, которые каким-то образом до сих пор оставались сухими. – Кого же я теперь буду дразнить?
Он печально покачал головой.
Далинар поскакал в указанном направлении. Невероятно, но он заметил, что за ним все еще следует пара мостовиков. Они только сейчас подоспели к месту, где он нашел Себариала, и, увидев Далинара, отсалютовали.
Он сказал им, куда направляется, и пришпорил коня. Шторма, боль в сломанных ребрах при скачке верхом ощущалась ненамного слабее, чем при ходьбе. На самом деле, даже сильнее.
Далинар действительно обнаружил Аладара на соседнем плато. Тот руководил своей армией, которая перетекала на идеально круглое плато, указанное Шаллан. Раст Элтал тоже находился здесь в Доспехах из числа выигранных Адолином и направлял один из больших механических мостов. Его установили рядом с двумя другими, которые соединяли обе стороны ущелья, пересекая его в местах, где меньшие мосты оказались бы непригодны.
Плато, на котором все собирались, казалось относительно небольшим по меркам Разрушенных равнин, но, тем не менее, растянулось на несколько сотен ярдов. К счастью, армии на нем поместятся.
– Далинар? – позвал Аладар, подъезжая рысью.
Его путь освещал подвешенный к седлу большой бриллиант, похоже, позаимствованный из осветительных фабриалов Навани. Аладар в промокшей униформе щеголял повязкой на лбу, но в остальном выглядел невредимым.
– Что, во имя языка Келека, сюда надвигается? Я ни от кого не могу получить прямого ответа.
– Ройон мертв, – устало произнес Далинар, натягивая поводья Кавалера. – Он погиб с честью, атакуя убийцу. Убийца, я надеюсь, был на время обескуражен.
– Сегодня мы выиграли, – сказал Аладар. – Я разбросал тех паршенди. Мы оставили более половины из них погибшими на том плато, может, даже три четверти. Адолин на своем фланге справился еще лучше, и по сообщениям те паршенди, что находились на плато Ройона, бежали. Пакт мщения выполнен! Гавилар отомщен, война окончена!
Сколько гордости. Далинару было трудно подобрать слова, чтобы опровергнуть собеседника, поэтому он просто пристально смотрел на него, чувствуя оцепенение.
«Не позволяй себе расслабиться, – подумал кронпринц, обмякнув в седле. – Ты должен руководить».
– Это не имеет значения, не так ли? – спросил Аладар тише. – То, что мы победили?
– Конечно же, имеет.
– Но... разве мы не должны чувствовать что-то другое?
– Истощение, – ответил Далинар. – Боль, страдание. Вот на что обычно похожи ощущения после победы, Аладар. Мы победили, да, но теперь нам необходимо выжить с нашей победой. Твои люди уже почти перешли?
Аладар кивнул.
– Собери всех на том плато, – продолжил Далинар. – Заставь их встать друг другу на головы, если придется. Мы должны быть готовы пройти через портал как можно быстрее, когда он откроется.
Если он откроется.
Погнав Кавалера вперед, Далинар пересек один из мостов и направился к тесным рядам солдат на другой стороне. Отсюда он начал с трудом проталкиваться к центру, где надеялся обрести спасение.
Каладин взмыл за убийцей в воздух.
Разрушенные равнины под ним удалялись. Драгоценные камни мерцали по всему плато в тех местах, откуда сдуло палатки и где падали убитые солдаты. Камни освещали не только центральное плато, но и три других вокруг него и еще одно, которое сверху выглядело необычно круглым.
Именно на нем собрались армии. Другие плато были усеяны небольшими бугорками, похожими на веснушки. Трупы. Так много.
Каладин посмотрел в небо. Он снова свободен. Под ним бушевали ветра, и казалось, что они отрывали его от земли, толкали вперед. Несли его на себе. Клинок Осколков разлетелся клочьями тумана, и перед ним замельтешила Сил, которая превратилась в ленточку света и носилась вокруг, пока он летел.
Сил жива. Сил жива! Он до сих пор испытывал эйфорию. Разве она не умерла? Когда он задал ей этот вопрос во время полета, ее ответ был простым: «Я была мертва так же, как твои клятвы, Каладин».
Он продолжил набирать высоту, стремясь уйти с пути надвигающихся штормов. Со своей позиции Каладин видел их отчетливо. Два шторма: один, идущий с запада и полыхающий красными молниями, и второй, который быстрее приближался с востока и накатывал темной серой штормовой стеной. Они собирались столкнуться.
– Сверхшторм, – сказал Каладин, мчась по небу за Сетом. – Красный шторм – дело рук паршенди, но откуда появился сверхшторм? В это время года штормов не бывает.