Когда Каладин продолжил нападение, Сет крутанулся и рванулся вниз, атакуя, но Сил превратилась в щит, чтобы блокировать удар. Каладин с размаха обрушился вниз, и в его руке появился молот, который врезался в плечо Сета, дробя кости. Пока убийца пытался исцелиться с помощью штормсвета, Каладин подлетел ближе и выбросил руку с появившимся в ней ножом Сету в живот. Нож вошел глубоко под кожу и коснулся позвоночника.
Сет ахнул, хватая ртом воздух, и с яростью сплел себя еще сильнее по направлению к шторму, освобождаясь от хватки Каладина.
Мостовик полетел следом. Внутри штормовой стены проносились валуны. Теперь с точки зрения Каладина она была землей. Ему приходилось постоянно поддерживать сплетение, чтобы оставаться в нужной позиции, прямо перед штормом.
Преследуя Сета, он перепрыгнул выскочившие крутящиеся валуны. Убийца бесконтрольно падал в своих развевающихся одеяниях. Спрены ветра окружили Каладина ореолом, проносясь взад-вперед и крутясь по спирали между его рук и ног. Близость шторма позволяла поддерживать запасы штормсвета, не давая ему иссякнуть.
Сет замедлился, его раны исцелялись. Он завис прямо перед грохочущей стеной шторма, выставив меч, вздохнул и посмотрел Каладину в глаза.
Стало быть, заключительная часть.
Каладин ринулся к убийце, Сил превратилась в копье, самое привычное для него оружие.
Сет атаковал быстрой серией безжалостных размытых ударов.
Каладин парировал каждый из них, а затем его копье оказалось прижатым к рукояти Клинка Сета, и они сцепились, наседая друг на друга. До лица убийцы оставалось всего несколько дюймов.
– Все-таки это правда, – прошептал тот.
– Да.
Сет кивнул, и крайняя напряженность в его глазах, казалось, ослабла, уступив место пустоте.
– Значит, все это время я был прав. Я никогда не являлся Не Знающим Правду и мог перестать убивать в любой момент.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – ответил Каладин. – Но ты никогда не был обязан убивать.
– Мне приказывали...
– Не оправдывайся! Если ты убивал по приказу, то ты не тот злодей, за которого я тебя принимал. Ты просто трус.
Сет встретился с Каладином глазами и кивнул, а затем оттолкнул его и размахнулся.
Каладин вскинул руки, Сил превратилась в меч. Он ожидал блокирующего удара и своим маневром хотел испортить Сету атаку.
Шиноварец не стал парировать удар. Он просто закрыл глаза.
Каладин вонзил свой Клинок в грудь убийцы, прямо под шеей, перерубив позвоночник. Из глазниц Сета вырвался дымок, и Клинок выскользнул из пальцев. Но не исчез.
«Поймай его! – мысленно закричала Сил. – Хватай его, Каладин. Не потеряй!»
Каладин нырнул вниз за Клинком, отпустив труп Сета и позволив ему упасть в стену шторма. Тело растворилось среди ветра, дождя и молний, оставляя за собой слабые следы штормсвета.
Каладин схватил Клинок прямо перед тем, как его был готов поглотить шторм, сплел себя с верхом и устремился вдоль штормовой стены в небо. Привлеченные спрены ветра спиралями вились вокруг него и смеялись с искренней радостью. Когда он достиг верхней границы шторма, они разлетелись во все стороны и умчались прочь, чтобы снова затанцевать перед катящейся бурей.
Спрены улетели все, кроме одного. Сил в образе молодой женщины в мерцающем платье, на этот раз в натуральную величину, зависла перед Каладином. Она улыбнулась, когда под ними пронесся шторм.
– Все было проделано безупречно, – сказала она. – Возможно, теперь я останусь с тобой.
– Спасибо.
– Понимаешь, ты чуть не убил меня.
– Понимаю. Я думал, что убил.
– И?
– И... э-э... ты умна и красноречива?
– Ты забыл комплимент.
– Но я же только что сказал...
– Это была обычная констатация фактов.
– Ты чудесная, – сказал он. – Правда, Сил. Ты чудесная.
– Это тоже факт, – ухмыльнулась она. – Но я не буду придираться, если ты готов подарить мне абсолютно искреннюю улыбку.
Каладин улыбнулся.
И почувствовал себя просто отлично.
Глава 87. После шторма
Хаос в Алеткаре, несомненно, неизбежен. Внимательно наблюдать и не позволять упрочиться власти в королевстве. Терновник может стать как союзником, так и страшнейшим противником в зависимости от того, выберет ли он путь военачальника. Если он решит добиваться мира, убить его немедленно. Риск конкуренции слишком велик.