Сил дотронулась до меча и заметно вздрогнула. Ее форма на мгновение расплылась.
– Этот меч подарил убийце силу сплетений, но также питался его штормсветом. Человек, владеющий таким оружием, использует намного больше штормсвета, чем ты. Это опасно.
Каладин потянулся и дотронулся до рукояти меча, а Сил метнулась в сторону, превратившись в ленточку света. Он взвесил оружие в руке, снова закинул его на плечо и продолжил путь. Все верно, впереди виднелся холм, возможно, являющийся покрытым крэмом зданием. К счастью, подойдя ближе, он заметил какое-то движение.
– Эй! – позвал он.
Фигуры около холма остановились и повернулись к нему.
– Каладин? – спросил знакомый голос. – Шторма, это ты?
Каладин ухмыльнулся, когда фигуры превратились в мужчин в синей форме. Тефт бросился к нему по камням, словно сумасшедший. Остальные подоспели следом с криками и смехом. Дрехи, Пит, Бисиг, Сигзил и возвышающийся над всеми Камень.
– Еще один? – спросил Камень, разглядывая Клинок Осколков. – Или это твой?
– Не мой, – ответил Каладин. – Я забрал его у убийцы.
– Значит, он мертв? – спросил Тефт.
– Да.
– Ты уничтожил Убийцу в Белом, – выдохнул Бисиг. – Все и в самом деле закончилось.
– Подозреваю, что все только начинается, – проговорил Каладин, кивнув в сторону здания. – Что там за место?
– О! – воскликнул Бисиг. – Пошли! Нужно показать тебе башню – та Сияющая девчонка научила нас, как призвать плато обратно, как только мы найдем тебя.
– Сияющая девчонка? – переспросил Каладин. – Шаллан?
– Вижу, ты не слишком удивлен, – хмыкнул Тефт.
– У нее был Клинок Осколков, – пояснил Каладин.
И ее Клинок не кричал в его голове. Получается, либо она – одна из Сияющих, либо владела одним из тех Клинков Чести. Подойдя ближе к зданию, он заметил в тени мост.
– Не наш, – произнес Каладин.
– Неа, – подтвердил Лейтен. – Семнадцатого моста. Мы были вынуждены оставить свой во время шторма.
Камень кивнул.
– Мы были слишком заняты тем, что мешали знакомству голов светлоглазых с мечами противника. Ха! Но здесь нам требовался мост. Платформа работает таким образом, что нам пришлось покинуть плато, для того чтобы Шаллан Давар вернулась.
Каладин заглянул в зал внутри холма и замер, очарованный красотой увиденного. Остальные члены Четвертого моста ждали снаружи, включая высокого мужчину, которого Каладин не признал сразу. Один из кузенов Лоупена? Мужчина обернулся, и Каладин понял: то, что он принял за шапку, оказалось красноватыми костяными наростами.
Паршенди. Каладин напрягся, а паршенди отсалютовал. Он носил униформу Четвертого моста. И у него имелась татуировка.
– Рлаин? – произнес Каладин.
– Сэр, – ответил паршенди.
Его плавные, округлые черты стали резкими и сильными, шея – более толстой, а крепкую челюсть теперь обрамляла красно-черная борода.
– Похоже, ты представляешь из себя гораздо больше, чем казалось, – сказал Каладин.
– Прошу прощения, сэр, – ответил Рлаин, – но, полагаю, то же самое можно сказать и о вас.
Теперь, когда он говорил, в его голосе слышалась мелодичность, странный ритм в словах.
– Светлорд Далинар его помиловал, – объяснил Сигзил, обогнув Каладина и войдя в зал.
– За то, что он паршенди?
– За то, что я шпионил, – пояснил Рлаин. – Шпионил для народа, которого, по всей видимости, больше не существует.
Паршенди произнес эти слова в другом темпе, и Каладину показалось, что он чувствует боль в голосе мужчины. Подошел Камень и положил ладонь на плечо Рлаина.
– Мы расскажем тебе историю целиком, когда доберемся до города, – сказал Тефт.
– Мы решили, что ты вернешься сюда, – добавил Сигзил. – На это плато. Поэтому не могли не встретить тебя, несмотря на все ворчание ее светлости Давар. В любом случае долго рассказывать – происходит множество событий. Думаю, ты вроде как окажешься в самом их центре.
Каладин глубоко вздохнул, но кивнул. Чего еще можно было ожидать? Он больше не станет прятаться. Решение принято.
«Что я скажу им насчет Моаша?» – спросил он себя, пока члены Четвертого моста собирались в зале вокруг него, болтая о том, что необходимо зарядить сферы в фонарях.
Несколько человек оказались ранены в битве, включая Бисига, который держал правую руку в кармане плаща. Из-под обшлага рукава выглядывала серая кожа. В борьбе с Убийцей в Белом он потерял кисть. Каладин отвел Тефта в сторонку.
– Кого еще мы потеряли? Я видел Марта и Педина.
– Род, – проворчал Тефт. – Убит паршенди.