Чтобы приблизиться к королю, требовалось шагнуть на выступ, где тот стоял. Это означало оказаться на волосок от падения на сотни и сотни футов вниз.
«Спокойно», – сказала себе Ризн.
Она докажет своему бабску, что на нее можно положиться. Она больше не была невежественной девчонкой, неправильно оценившей шиноварцев и оскорбившей ириали. Она сделала выводы.
Может быть, ей стоило попросить Нлента одолжить его амулет храбрости.
Ризн шагнула на выступ. Король выглядел молодым, во всяком случае, со спины. С телосложением юноши или...
«Нет», – подумала Ризн с испугом, когда король обернулся.
Он оказался женщиной, достаточно старой, чтобы ее волосы начали седеть, но не настолько, чтобы годы согнули спину.
Еще один человек вышел на уступ позади Ризн. Он был моложе и носил обычную накидку с кисточками. Его волосы, заплетенные в две косы, свободно спускались на голые загорелые плечи. Когда мужчина заговорил, в его голосе не послышалось ни намека на акцент.
– Король желает знать, почему его старый торговый партнер, Встим, не явился лично, а прислал вместо себя ребенка.
– А вы король? – спросила Ризн подошедшего.
Мужчина рассмеялся.
– Ты стоишь рядом с королем и все равно спрашиваешь меня об этом?
Ризн взглянула на закутанную фигуру. Одеяния, имевшие вырез спереди, вполне определенно свидетельствовали о том, что у «короля» имелась грудь.
– Нами правит король, – сказал мужчина. – Пол не имеет значения.
Ризн полагала, что именно пол определяет название правителя, но спорить не стала.
– Мой учитель нездоров, – ответила она, обращаясь к человеку, который, должно быть, являлся торгмастером острова. – Я обладаю всеми полномочиями говорить от его имени и вправе заключить сделку.
Фыркнув, мужчина уселся на край выступа и свесил ноги вниз. Желудок Ризн совершил кульбит.
– Ему бы стоило подумать лучше. В таком случае сделка отменяется.
– Вы Талик, я полагаю? – спросила Ризн, сложив руки на груди.
Мужчина больше на нее не смотрел. Его пренебрежение казалось умышленным.
– Да.
– Мой учитель предупреждал меня на ваш счет.
– Тогда он не полнейший идиот, – ответил Талик. – Только по большей части.
Его произношение казалось изумительным. Ризн поняла, что подсознательно ищет у мужчины тайленские брови, но он определенно был реши.
Ризн стиснула зубы и заставила себя сесть рядом с ним на самый край. Она попыталась проделать это в такой же непринужденной манере, как и он, но просто не смогла. Опустившись вниз, что было не так просто в модной юбке, она отодвинулась подальше.
«О Страсти! Я упаду вниз и умру. Не смотри вниз! Не смотри вниз!»
Девушка ничего не могла с собой поделать. Она взглянула вниз и тут же почувствовала головокружение. Внизу ей была видна одна сторона головы, массивная линия челюсти. Недалеко, на верхней складке века, справа от Ризн, стояли люди. Они сталкивали вниз большие связки фруктов. Обвязанные веревкой из лозы, фрукты раскачивались и спускались к пасти.
Медленно двигающиеся жвалы подтягивали связки, дергая веревки. Реши тянули веревки обратно и снова прицепляли к ним фрукты. Все происходило на глазах у короля, которая наблюдала за кормлением, стоя на самом кончике носа слева от Ризн.
– Угощение, – объяснил Талик, заметив, куда она смотрит. – Подношение. Эти маленькие связки фруктов, конечно же, не насытят нашего бога.
– А что же насытит?
Он улыбнулся.
– Почему ты до сих пор здесь, девушка? Разве я тебя не отпустил?
– Не обязательно отменять сделку, – сказала Ризн. – Мой учитель рассказал мне, что все условия уже оговорены. Мы привезли все, что вы потребовали в качестве оплаты.
«Хотя я и не знаю, ради чего».
– Бессмысленно отсылать меня прочь.
Она заметила, что король подошла ближе, чтобы послушать разговор.
– Это послужит той же цели, что и все в жизни, – ответил Талик. – Порадовать Релу-на.
Должно быть, так зовут их бога, большепанцирника.
– И ваш остров одобрит подобное расточительство? Пригласить торговцев, проделавших такой путь, только чтобы отослать их обратно с пустыми руками?
– Релу-на одобряет храбрость, – сказал Талик. – И, что более важно, уважение. Если мы не будем уважать тех, с кем торгуем, тогда нам не следует торговать.
Что за дурацкая логика. Если купец станет рассуждать подобным образом, он никогда не сможет торговать. Разве что... За месяцы, проведенные со Встимом, Ризн поняла, что бабск искал людей, которым нравится с ним торговать. Людей, которых он уважал. С такими людьми риск быть обманутым сводился к минимуму.