платить двадцать руб. в месяц за конуру, и меня не выгонят на снег под 45-тиградусный
мороз. Морозы в 40° здесь начались с половины ноября, а я в лохмотьях, без валенок, о
которых умоляю Толечку, он мне обещал прислать валенки с калошами. Если же
возможно, то зашейте их в тряпку покрепче и пришлите. Мои условия по суровости
вам не могут быть понятны, но они ужасны. Умоляю о валенках! Вещи доверяю
Клычкову. У него большая квартира и если Толечка пожелает что-либо взять, то это
можно во всяк<о>е время. Лишь бы уцелело мое барахло и было вывезено из сырого
общего сарая. Конечно, половина вещей пропала, но что же сделать?! За тысячи верст я
бессилен этому воспрепятствовать. Деньги 20 рублей от Толи за октябрь мне переслали
из Колпашева в Томск. Он обещал высылать аккуратно каждый месяц 20 руб. В уплату
за комнату мне нужно знать, будут ли они высылаться в дальнейшем?
Освободится комната в январе, и я могу занять ее, если буду знать, что меня не
забудут этими двадцатью рублями. Какое было бы счастье уйти от чужих собачьих глаз
в свой угол!
Милый Боречка — отвечай! Найди возможность поставить меня в известность о
себе.
Кланяюсь со слезами.
Извести Ильюшину бабушку, что я от нее жду милый гостинец — посылочки, такой
же как и первый раз посылали в Нарым.
Сообщи ей мой новый адрес: г. Томск, переулок Красного Пожарника, изба № 12 —
мне.
7 ноября 1934 г.
226. В. Н. ГОРБАЧЕВОЙ
26 ноября 1934 г. Томск
Дорогая Варвара Николаевна, не знаю, как и благодарить Вас за заботы обо мне.
Кланяюсь Вам земным поклоном и умываюсь слезами. Прошу Вас не забывать меня
весточкой. Можно ли наведаться в Оргкомитете — передано ли во ВЦИК мое
заявление? Надо об этом по возможности чаще напоминать Комитету, потому что он
может тянуть передачу годами, как тянул мои заявления о пенсии, пока я сам не
добился личного свидания с Калининым. Мне пишут из Москвы, что дама, к которой я
просил Вас позвонить — была очень больна, вероятно, она еще медленно
поправляется. Но весьма бы было любопытно, а быть может, и полезно под каким-либо
интересным предлогом, который бы был не похож на просьбу о деньгах — получить от
нее разрешение свидеться — и передать ей мой документ лично. Быть может, она что и
221
сделает, если захочет. Я послал Вам доверенность (и список вещей). Когда будете ее
предъявлять, нельзя ли узнать, почему на предъявленную Зинаидой Павловной
Кравченко доверенность не последовало разрешения получить вещи? Это мне очень
важно знать. О результате Вашего предъявления доверенности известите меня
письмецом. Как вещи? По возможности их нужно проверить по списку. В первую
очередь нужно попытаться продать ковер и складень красный, обложенный медной
оковкой, Неопалимой Купины. Этот складень принадлежал Андрею Денисову - автору
книги «Поморские ответы». Писан же он тонким письмом в память Палеостровского
самосожжения иже на езере Онего, при царе Алексии. Сплошной красный цвет
выражает стихию огня. Этому складню всего бы больше приличествовало быть у меня
— связу<я> меня, сгоревшего на своей «Погорельщине», с далекими и близкими
отцами и дядичами, но что же делать? Они простят меня, слабого и уже одной ногой
стоящего во гробе. За складень раньше мне давали полторы тысячи. Теперь сколько
дадут. Предложите его Николаю Семеновичу Голованову, изв<естному> дирижеру из
Большого театра. Его адрес: Средний Кисловский, дом № 4. Но цены не назначайте -
сколько даст сам. Он видел эту вещь у меня на Гранатном, если даст 750 руб., т. е.
половину прежнего - то отдайте, а так попытайтесь продать где-либо иначе. Складень
Феодоровской Б<ожией> М<атери> может пойти от 500 руб. Ангел Хранитель
большой - от 200 руб. Остальные иконы от ста до 50 руб. штука. Ковер, если он не
очень разрушился от сырости, стоит от 300 до 750 руб. Как можете вырядить — Вам
виднее. Смотря по покупателю. Древние книги предложите Демьяну Бедному - он
любитель. Свиток пергаментный на древнееврейском языке — стоил тысячу рублей,
теперь хотя бы дали сто рублей. Это повесть о Руфи, Х-го века. В ларце узорном
теремном статуэтка Геракла в юности бронзовая <нрзбр> времен и царя Андрияна. Там
же серьги из Микенских раскопок - можно предложить музею Изящных искусств. Но
умоляю что-нибудь продать вскорости в течение декабря месяца. Чтобы меня не