Утро нашло протектора в кабинете. Он был бледен и казался постаревшим от эмоций. Воспалёнными глазами снова и снова Амиэль всматривался в содержимое папок, словно это могло как-то изменить ситуацию: ни одну из предложенных девушек он по-прежнему не желал видеть своей женой. То есть, одну желал. Но судьба распорядилась иначе, дав ей встречу с парой. В противном случае, леди Инта носила бы дочь. И это стало бы лишь досадным недоразумением, не мешающим планам Амиэля. Сын же, даже если она ещё не заключила брак с его отцом, это проблема. Это значит, что леди Инта не сможет никому другому стать женой. Или будет жить с одним, а всей душой, сердцем и разумом останется с другим. И это её в конце концов убьёт.
Так получилось, что девушек подходящего возраста было не так уж и мало, а вот с подходящими качествами – единицы, и все они уже нашли свою пару. Это означало только одно: протектор Д’Жайно непозволительно долго обдумывал свой брак, и достойные девушки... Закончились.
С этими мыслями он провёл ночь и начал новый день. Как следствие, когда прилетели вестники от сыщиков, лорд Д’Жайно уже плохо понимал, какие новости они принесли. Потому он решительно отложил все дела и улёгся на диванчик тут же, в кабинете, наказав секретарю вызвать работников для ремонта спальни, а самого его разбудить через пару часов. Для работы были нужны силы и спокойствие.
Глава 12. О предрассудках и нравах
- Папа, ты... Ты очень занят? - девушка несмело заглянула в кабинет. Вошла, сделала несколько шагов и замерла. Она выглядела немного растрёпанной, усталой и растерянной. – Мне очень нужно с тобой поговорить. Сейчас. Ты должен узнать всё первым. Потому что иначе всё будет ещё хуже.
- Что случилось, Инта? – Рэтимо отложил утреннюю прессу и озадаченно смотрел на дочь. – Что я должен узнать?
- Пообещай, что сначала выслушаешь меня, а уже потом... Всё остальное, - она сделала ещё несколько шагов вперёд, остановившись перед рабочим столом, за которым сидел отец.
- Ты меня заинтриговала. Обещаю. Довольна?
- Да, - она вдохнула, как перед прыжком в воду. – Несколько дней назад я услышала Зов, - тут девушка сделала предупреждающий знак рукой, чтобы отец её не перебивал. – Он очень отличался от того, как его обычно описывают в учебниках, и от рассказов тех, кто его уже услышал. Но это был точно Зов. Очень глубокий и сильный, такой, что казалось невозможным делать вообще что-то. Только идти к нему, немедленно. И я пошла.
- Не сказав никому.
- Не сказав никому. Он ожидал меня совсем рядом, на поляне. И... Папа, я ношу сына.
- Кхм... Знаешь, мне очень хочется сейчас дать волю эмоциям, но я лучше вспомню, что я Берголес. Вопрос первый: когда вы объявите о помолвке?
- Никогда.
- Даже так... И точно сына?
- Точно сына. Ты увидишь скоро. Все увидят.
- Вопрос второй. Как его имя? Может, помолвка и состоится всё же, наша семья имеет достаточно влияния...
- Я не знаю, папа. И никто не знает. Потому что... Потому что никто не знает Его имя.
- Его имя... Умеешь ты удивлять, дочь. Я так понимаю, случившееся – секрет, который скоро перестанет быть секретом?
- Ты верно понимаешь. Мне позволено рассказать тебе. Больше никто не должен знать... Подробности.
- Подробности или нет, но позиции семьи могут пострадать...
- Я знаю. Прости меня!..
- Что уж сейчас-то прощения просить!
- Папа, что теперь делать?
Рэтимо задумался. Он долго молча мерил кабинет шагами, а Инта сидела, понурив голову и ссутулив плечи. Наконец, он остановился и посмотрел на дочь ещё раз, долго и внимательно.
- Теперь мы будем продолжать жить обычной жизнью. Скоро родится наследник рода Берголесов. А кому нечем заняться, те всегда найдут повод почесать языки, про нас или про что-то другое. Готовься к нападкам великосветского гадюшника, они тебе покою точно не дадут. А семья наша слишком нужная, чтобы на нас сильно рот разевал кто-нибудь. Вот замуж тебя сейчас непросто выдать будет... Ну, да и с этим разберёмся. Важнее приготовить детскую. И приданое малышу.
Девушка порывисто обняла отца и зарыдала.
Леди Игрит смотрела на подругу несколько озабоченно. Изменения в ауре леди Инты было уже не скрыть, как и отсутствие жениха. Впрочем, никто ничего скрывать и не пытался. Семейство Берголесов вело себя так, будто ничего особенного не случилось. Лорд Рэтимо продолжал вести дела, его супруга всё так же выезжала в свет, а дочь прямо сейчас мирно составляла букет из перьев и сухоцветов для гостиной леди Игрит. В составлении букетов ей не было равных, даже обычный чертополох в этих тонких пальцах становился произведением искусства. Потому девушка поглядывала на собравшихся в гостиной дам с некоторым превосходством.