Но расскажи мне лучше, что твой муж узнал у гильдейских глав...
Инта привычно отгородилась от неприятной действительности за такой привычной и понятной работой.
Глава 13. Буря на побережье
Проснулся протектор, как и планировал, через два часа, вполне отдохнувшим и готовым к работе, но настроение оставалось отвратным. Нечасто случается в чём-то проигрывать высшим лордам. Благо ещё, неудача не стала публичной: сочувствующих взглядов Амиэль не потерпел бы. Со времени ухода отца, он перестал быть тем, кому можно безнаказанно сочувствовать.
Горькая тоска в душе переплавлялась в глухую ярость, которая требовала активности. Что ж, усмехнулся он, активности нынче хватит на всех. Мужчина активировал вестники один за другим, перенося информацию на бумагу. Он составлял схемы и перечёркивал их, выбрасывал скомканные листы и подбирал их снова, раскладывая уже в другом порядке, пытаясь структурировать хоть как-то полученную информацию.
Те сведения, что нашли его люди, было непросто соотнести между собой: они все работали в разных местах. Сразу три протектората оказались затронуты работой контрабандистов, несколько крупных городов, грузовые корабли и множество людей, от градоначальников и губернаторов до простых исполнителей. Кроме того, понимать суть этих донесений было порой просто страшно.
Речь шла не только и не столько о контрабанде оружия (всё-таки оружия) и редких зелий, но и о полноценной подготовке к быстрой захватнической войне. От мыслей, что они, протекторы, проморгали такие масштабные диверсии на своей земле, Амиэль даже застонал. Протекторат Д’Жайно, занимавший почти всё Восточное побережье материка, имел много удобных портов. Но, кроме портов, здесь были ещё и горы, в которых нашлось мало руды, но много редких ингредиентов для зелий и снадобий. В протекторате Иарг добывали большую часть металлов и делали оружие. В протекторате Сакис, с его озёрами и болотами, так же добывали ингредиенты, которых не было в Д’Жайно. А ещё там было много обычных людей. Это лорды все учтены, посчитаны и записаны, и высшие и высокие. А у людей с этим как-то проще. И по некоторым данным, люди начали пропадать. Похоже, нужно тоже вводить учёт...
Возникало много вопросов, и самый главный из них: что сподвигло этих людей предать свою родину и своих богов?
Очень хотелось немедленно поехать и начать хватать всех их, спрашивая: зачем, почему? Но он понимал, что действовать здесь нужно слаженно и быстро, чтобы преступники не успели предупредить друг друга.
Потому Амиэль написал обстоятельные письма своим коллегам-протекторам, зачаровал их от чужих рук и глаз и отправил с посыльными. После отправил вестники градоначальникам городов протектората Д’Жайно с уведомлением: лорд-протектор изволит явиться с проверкой в ближайшие дни.
И лорд явился. Амиэль метался по Прибережью фурией, приводя в панику некоторых служащих и их начальников. Дело в том, что он никогда не был особо либерален, а сейчас и вовсе будто с цепи сорвался.
Протектор появлялся в любом из городов внезапно, причём, если вчера его видели в пограничной Фенсе, то завтра он мог войти в контору градоначальника портовой Канторы и потребовать немедленно все бумаги. На любые робкие возражения, лорд Д’Жайно удивлённо вскидывал бровь и замечал, что все были уведомлены о грядущей инспекции уже несколько дней назад. Практически никто, кроме самих протекторов, не знал, что Трое подарили им возможность перемещаться по своим землям короткими дорогами, которых даже и на картах нет, но которые занимают в разы меньше времени, чем общие пути.
Просматривая учётные записи, бухгалтерские и кадастровые книги или портовые журналы, он молча делал пометки в книжке, которую носил с собой. Иногда писал записку и отдавал одному из своих неизменных сопровождающих. Иногда требовал к себе то или иное должностное лицо города. Порой мог возникнуть на пороге очередного своего подчинённого среди ночи. И не озвучивал никаких результатов, хотя в процессе проверки знатно изводил всех.
Нигде он не останавливался на ночлег, ни один губернатор не сумел накормить его обедом или ужином. Словно что-то гнало его вперёд, не давая остановиться.
Прибрежный протекторат недоумевал. Никто не мог понять ни причины столь внезапной тотальной проверки, ни причины такого поведения лорда Д’Жайно.