Проснувшись рано утром юноша обнаружил опустевшую лежанку. Балий испугался, что его новый друг покинул его даже не простившись, но выйдя на улицу, он увидел его сидящим на стволе дерева. Родес был чем-то опечален. Балий подошёл и сел рядом.
– Прости, Балий, – заговорил охотник не глядя на него. – Вчера я не всё рассказал тебе… Ты был таким счастливым в своих воспоминаниях и мне не хотелось огорчать тебя… но сказать я всё же обязан… Твоя мама очень любила своего мужа, и смена обстановки не помогла… Твои братья рассказали, что она умерла спустя месяц как ты покинул племя…
Эти слова потрясли юношу. Кажется, Родес выражал ему соболезнования, но Балий уже ничего не слышал. Ничего не замечая кругом Балий отошёл и сел в стороне на берегу. Родес не стал его тревожить. Теперь Балий чувствовал свою вину. Останься он в племени и мать была бы жива…
Так Балий просидел на холоде почти до вечера, пока к нему не подошёл Родес. Охотник наблюдал за юнцом и видел, как тот время от времени плачет, видимо виня себя в случившемся, поэтому поспешил его утешить:
– Твои братья и мать никогда тебя не винили. Они понимают, что на тот момент у тебя не было другого выбора, и покинул племя ты вынужденно, следуя слову отца. Твоё присутствие гораздо быстрее разбило бы сердце матери и навлекло на тебя презрение со стороны братьев. Я говорю это не для того чтобы утешить тебя. Это истина, которой со мной поделились оставшиеся в городе хранители. Некоторые, ещё не успевшие обзавестись семьями, спустя несколько месяцев покинули племя.
Охотник насильно отвёл юношу в дом и уложил в постель, с которой Балий уже не вставал более суток. То ли от переживания, то ли от переохлаждения у него начался озноб и Родес всерьёз стал опасаться за его здоровье. Постепенно врач сам смог справиться со своим недугом используя сухие травки, предусмотрительно щедро запасённые им летом. Но самым действенным лекарством стали для него рассказы Родеса.
Охотник рассказывал о жизни оставшихся в племени хранителей. Также подтвердились слухи о назначении Благояра заместителем вождя, а в будущем его приемнике и об изгнании из племени младшего сына вождя. Юноша только не мог понять почему охотник покинул племя. Родес уверял, что его не изгнали, но большего Балий добиться не мог. Видя, что воин не желает раскрывать свои тайны Балий вскоре от него отстал. В свою очередь врач рассказывал о своей жизни.
Как только Балий полностью поправился, Родес стал брать его с собой на охоту. Но, как и прежние учителя до него, добиться ничего не мог. Балий считал себя уже вполне самостоятельным охотником, ведь смог он выжить всё это время вне племени, и никакие замечания, ворчания, раздражения на него уже не действовали. Выслеживать дичь он не желал, предпочитая выжидательную систему своего собственного изобретения.
Балий научил Родеса изготавливать из дерева, бамбука и глины различные полезные вещи, помогал ему чинить лук и запасаться стрелами, но сам так ни разу и не выстрелил из этого оружия. С новым другом время летело быстро и незаметно.
Зима подходила к концу и стоило подумать о новом месте жительства либо укрепить и расширить старый дом. Но в конце концов с приходом тёплых дней было решено пройти к северу и поискать какое-нибудь племя. Если из этого ничего не выйдет тогда они смогут вернуться к себе домой, где вполне можно будет пережить ещё одну зиму.
Им неплохо жилось вдвоём. Родес полностью взял на себя обязанности охотника, а Балий смог вернуться к своим столь любимым экспериментам с травами. Нередко врач увлекался и забредал в самую глушь и тогда Родес отправлялся на его поиски. Балий всегда удивлялся как охотнику удаётся отыскать его. Родес на это отвечал, что гораздо сложнее идти по следам семейства медведей, и в свою очередь выговаривал юнцу за его неосторожность. Мальчишка легко мог стать добычей для хищников, которые, едва сойдёт снег, пробудятся или вернутся в эти излюбленные оленями края.
Но все уговоры были напрасны и с каждым новым тёплым днём, едва проглядывала зелень, врач исчезал в лесах. Балий с вниманием изучал каждую молодую травинку, только-только появившуюся из земли совершенно ничего не замечая кругом, но в этот раз его отвлекли шаги за спиной. Только Балий хотел обернуться, как почувствовал сильный удар по затылку.
Очнулся он уже связанным. Без сознания он пролежал видимо довольно долго. Грубо и сильно связанные до самых локтей за спиной руки ужасно ломило. Ноги были связаны короткой верёвкой, позволявшей шагать, но не позволявшей убежать. Лежал он на том же месте где и получил удар, на небольшой поляне. Рядом с ним у разведённого костра сидел неизвестный. Чтобы немного облегчить своё положение Балий сел.