внями и сел обратно в кресло. Вновь попытался сосредоточиться на чтении об иномирцах, но его мысли снова возвращались к Кристин. Дормант чувствовал необъяснимую тревогу, и никак не мог совладать с ней. Мужчина встал и заходил по комнате кругами, заложив руки за спину. Остановившись напротив стола, он взял в руки личный экземпляр договора об ученичестве и стал вчитываться в абзацы. Ничего. Вдруг один из многочисленных артефактов, что находились в комнате, ослепительно вспыхнул пурпурным пламенем, посылая звуковые импульсы. Мужчина обернулся на шум и не на шутку всполошился. Он быстро подскочил к артефакту и снял показания. Цифры стремительно росли, звуковая какофония раздражала всё больше, но чародею удалось просчитать код. - Тёмная сущность? Здесь? В городе? Но как же защитный барьер? Если только это не... Договорить он не успел. Контракт в его руке вспыхнул и начал медленно тлеть. От неожиданности, мужчина выронил его, и тот плавно спланировал на пол, кружась в пепельном танце. По мере того, как исчезала бумага, затихал и шум магического прибора. Когда от договора остался только жалкий клочок пергамента с именем, Дормант будто отмер и, на ходу надевая плащ, ринулся на улицу. - Quaere «Кристин»! Из рунного перстня вырвался ярко-зелёный, как сам камень, луч и потянулся к центральной площади, но стал стремительно бледнеть. Чародей яростно рыкнул и рванул в указанном направлении, используя заклинание небесного скольжения, пытаясь выиграть ценные секунды. Не успел! Он не успел. Когда он прибежал на площадь, уже собралось много народу. Дормант с трудом продирался сквозь любопытных зевак, когда кто-то схватил его за руку. - Дор? И ты здесь? Маг резко обернулся. Позади него стояла Шелк и встревоженно смотрела на него. - Ты тоже это почувствовал? Присутствие демона? - Не сейчас, - коротко ответил Дормант и попытался прорваться к площади, но подруга остановила его и покачала головой. - Там всё оцеплено, рыцари никого не пускают. Я пыталась добиться от них каких-либо объяснений, но они молчат. Идём со мной. Шелк крепко схватила Дорманта за руку и повела того в сторону часовни. Поднявшись почти на самый верх, маг приложила палец к губам и накрыла их обоих дизиллюминационными чарами. Мужчина видел, как их тела становятся полупрозрачными и сквозь них просвечиваются контуры других предметов, но он знал, что на самом деле видит Шелк до тех пор, пока та держит его за руку. Для всего остального мира они стали невидимыми. Дормант напрягся и с силой сжал перстень, загоняя в него всю свою магию, дабы полностью скрыть присутствие волшебника. Шелк одобрительно улыбнулась. Они поднялись уже на самую крышу, когда на лестнице послышались шаги. Невидимые успели в самый последний момент укрыться в нише, как в этот момент мимо их укрытия прошли двое в одеждах Церкви. Только их шаги стали неразличимы, Шелк потянула Дорманта на смотровую площадку. Отсюда открывался прекрасный вид на площадь и на близлежащие места. Заклинание орлиного зрения накрыло им глаза, и театр действий развернулся перед ними во всей свой красе. Повсюду мелькают мантии Храма Солнца. Небольшая группа исследует боевого голема. Дормант тут же узнал эту модель: «Медир» - одна из самых прочных машин современности и самых отвратительных. Мало кто знал, но в основе управления данного типа машин лежало не просто рунограммное программирование, а заключённая душа в качестве биоса. Это была работа уже не артефакторов, но профессиональных техножрецов, которых на Паррее можно было пересчитать по пальцам. Конечно, в таких городах как Гиавил и Когвил их можно встретить на каждом углу, но эти города не зависели ни от одного государства или империи и уж тем более не подчинялись Храму Солнца. Они были полностью закрыты от внешнего мира и никогда не вмешивались в политику других стран, как бы намекая «Мы не трогаем вас, так и вы к нам не лезьте!» Но политика - это одно, а торговля и обмен знаниями - совершенно другое, поэтому Дорманту удалось побывать там пару раз. Однако в данный момент чародей был здесь и, глядя на развороченную морду бируанга, недоумевал, какой силой должен был обладать противник, чтобы уничтожить мощнейшего голема. В этот миг его внимание привлекла другая группа исследователей. Трое людей, склонившись над чем-то, скрытым отводящими глаз чарами, активно спорили. Дормант бы и не обратил на них никакого внимания, если бы недалеко от них не стоял местный викарий, напряжённо смотря в их сторону. Чародею потребовалось много усилий, чтобы незаметно пробиться через магию жрецов и узреть то, что было скрыто от посторонних глаз. На земле лежала девушка. Лица её было не видно из-за спины одного из служителей, но синий шерстяной плащ с золотистым кантом был слишком хорошо знаком мужчине. Жрец, что держал иномирку за руку, обернулся к викарию и покачал головой. Фарадей нахмурился и, отдав некие распоряжения, отошёл к первой группе исследователей. Тело Кристин, - а теперь Дормант не сомневался, что это была она, - укрыли непроницаемой тканью, и маги отлевитировали его в специальную повозку. - Жаль её. Такая молодая была. Маг вздрогнул и обернулся к Шелк, будто только сейчас осознав, что рядом с ним кто-то есть. - Интересно, как храм сообщит её родным о случившемся? - У неё нет родных. - Ты её знаешь? - Шелк с удивлением посмотрела на мага, но на его месте уже никого не было. Дормант не помнил, как добрался домой. Тяжело ввалившись внутрь, он рухнул в кресло и немигающим взглядом уставился в огонь. Окружающие звуки будто пропали, только языки пламени извивались, будто в агонии, и медленно угасали. Свет умирал, но маг и не думал подбрасывать новых поленьев. Он видел, как гасло пламя, как ещё тлеющие угли рассыпались в пепел. Только когда последняя искра в камине погасла, он будто очнулся ото сна. Резко встал и, засунув руку в карман мантии, вынул на свет клочок бумаги - всё, что осталось от магического контракта. Пробежал глазами по имени. «Это произошло. Снова. Почему?» Ответом ему была тишина. Дормант коротко щёлкнул пальцами - в камине вспыхнул огонь. Мужчина пару секунд держал этот обрывок, будто сомневаясь, и, прикрыв глаза, бросил его в пламя. «Опять сжигаю. Сколько можно? Почему они все погибают? Один за другим, оставляя после себя лишь имя?» В голове зазвучали последние слова бывшей ученицы: «Я вернусь через некоторое время!» Чародей сжал кулаки, короткие ногти глубоко впились в ладони, оставляя болезненные борозды. - Прости, Кристин, но, боюсь, ты не сможешь исполнить это обещание...