На маленьком деревенском дворе организовали мини съемочную площадку. Один боевик был в роли оператора и готовил видеокамеру к съемке. Тут же стоял глашатай с автоматом наперевес и репетировал свою речь с распечатки.
Под гогот боевиков, курящих возле двора, нас поставили на колени, и глашатай стал зачитывать наш приговор на камеру.
- Ну все, брат… - прошептал Толян.
Небывалая ярость закипела в моей груди. И я, крикнув товарищам «Бей их!», кинулся на одного из палачей.
Скосив ближайших к себе пленников и зацепив Толяну ноги, боевик, придавленный телами наших товарищей, подарил всего пару секунд, которых мне хватило на разоружение второго палача.
Всадив длинную очередь в живот палачу и добив оператора, сменил пустой магазин и осмотрел поле боя. Увидев Толяна, который истекая кровью, пытался вырвать оружие у лежащего на земле боевика, я ринулся на помощь другу.
У ворот затрещал автомат, плечо обожгло огнем, правая рука повисла плетью. Выронив оружие и упав на землю от еще одного жгучего толчка, я заорал что было сил:
- Сдохните твари!
Автомат смолк, возня прекратилась. Кругом лежали бездыханные тела.
Поднявшись и перехватив автомат здоровой рукой, я подошел к Толяну, тот не дышал.
* * *
Похоронив погибших товарищей, я ушел из армии и занялся торговлей. Мой навык переговоров был на высоте, я мог продать песок бедуинам и снег полярникам. Слово мое крепчало с каждым днем, и мой успех привлек нехороших людей. Так однажды отказав одному важному дяде в нашем городе, я нажил себе врага.
- Не дыши!
Мой недоубийца лежал на полу, безуспешно хватая ртом воздух.
- Тарасов заказал меня?
Бедолага быстро закивал головой.
- Сейчас ты возьмешь свой пистолет, пойдешь в ближайший парк, и там выстрелишь себе прямо в висок, понял?
На полу под несостоявшимся киллером набежала лужа.
- Вот, молодец. Ну все, выполняй. Дыши.
Преступник поднялся и пошел в сторону ближайшего парк, а я достал телефон и набрал домашний номер господина Тарасова:
- Константин Валерьевич, извини, что так поздно. У меня к тебе дело есть…
На следующий день лента пестрела новостями: «Губернатор Тарасов в состоянии наркотического опьянения расстрелял свою семью из охотничьего карабина, затем покончил жизнь самоубийством.»
- Ну раз губернаторское кресло пустует, его следует занять.
* * *
Очередная смерть ради блага рвет душу и разум, отныне так не должно продолжаться. В моих силах спасти этот мир, ведь у меня есть Слово.
Он даровал мне Слово, так спасу же я этот мир, как того хотел Он.
* * *
«Миру явился тот, кто речами своими наставил людей на путь истинный и остановил давние кровопролития. Владыка даровал людским душам покой, Он даровал людям мир.»
Приятно быть спасителем мира сего, вот уже более сорока лет они именуют меня Владыкой, а я и не против.
Как говорил один мудрец: «Каждому стаду нужен свой пастырь». Я веду их речами своими, как Он завещал мне. И каждый, кто внемлет моим речам, обретает счастье и боготворит меня, ибо я есть Он.
Увы, но в моём стаде были паршивые овцы. Не слыша речей моих, они продолжали сеять хаос в раю, моем раю. Как и подобает Ему, я не виню их за это, ибо их вины в этом нет. В этом повинен их недуг, что был у них с рождения.
Мои лучшие лекари были бессильны перед этим недугом. Дабы недуг не шел по миру дальше, я был вынужден изолировать их от моей паствы навсегда.
* * *
Вот две горничные вошли в мои покои, хлопнув по обыкновению дверьми.