И одновременно с этим Шана произнесла слово.
И время остановилось. Точно так же, как тогда в замке, когда они ловили своих первых контрабандистов. Тогда Сантинали решила, что ей всё же показалось. Но замешкавшийся в странной позе Низар, замерший на подушках отец... только тварь не стояла на месте. Со всё тем же странным звуком она метнулась к королю, но неуловимое движение ша, и её отбросило к чайному столику. Тварь прыгнула ещё раз, но завизжала на грани слышимости, пришпиленная к стене копьём: клубящимся, с искорками вспыхивающих молний, без наконечника и древка - словно кто-то взял грозовую тучу и превратил в оружие. Там, где копьё пронзало тварь, во все стороны били маленькие серебристые молнии ровно такого же цвета как узоры, которые ша плела вокруг дома Сантинали всего лишь вчера. Горничная начала оплывать, визг сменился хрипом и бульканьем. Ещё несколько мгновений, и на пол упала только пустая одежда. Шана выдергнула чудесное копьё из стены - к удивлению Сантинали на драпировке не осталось и следа. Оружие беззвучно растворилось вновь превратившись в маленький гладкий камешек в руке колдуна. Да, с такой галькой меч действительно не нужен. Ша брезгливо толкнула тряпки ногой словно размышляя, что с ними делать. Но последнее, что ожидала услышать Сантинали в этом замершем царстве тишины, так это голос матери:
- Кто твой колдун, Санти?
- Шанаран, - вместо Сантинали отозвалась ша.
- Вот так? Просто Шанаран? - выдержке королевы могли позавидовать горы.
- Да, просто Шанаран. Приятно познакомиться, Ваше Величество.
- Взаимно. Спасибо, что спас моего мужа.
- Не за что.
Но ша всё не отпускала время. Это было странно. В прошлый раз ведь она останавливала его всего на мгновения, а сейчас...
- Шана, что тебя смущает? - Сантинали помнила её слова о том, что заклинания могут выпить словоплёта до дна.
- Думаю куда деть одежду.
Всего-то?! Но зачем тогда держать время из-за такой ерунды?
- Под кровать, - неожиданно пришла на выручку королева. - Прячьте под кровать. Я избавлюсь от неё позже.
Никаких лишних вопросов. Никаких угроз. Королева говорила только по делу. Шана быстро сгребла в охапку тряпки и спрятала с глаз долой. Потом вернулась на своё место, взяла зависшие в воздухе чашку и блюдце и...
...вернувшиеся звуки на мгновение оглушили Сантинали. Низар протянул ещё одну пачку бумаг.
- Это новые детали о Вашем расследовании, думаю, Вы будете рады слышать, что капитан Танарин теперь руковод этим делом.
- Благодарю, Низар, вы очень любезны.
- Кстати, куда пропала Рина? - нахмурился отец.
Сантинали открыла рот в панической попытке хоть что-то сказать. Похоже, ни он, ни секретарь не видели ничего из того, что произошло.
- Я её отослала, - королева непринуждённо улыбнулась. - Она опять забыла про песочное печенье.
- А... - король ещё мгновение размышлял, видимо, пытаясь понять стало ли ему хуже, раз он не помнит ухода горничной, но уже через секунду выбросил её из головы. Остаток встречи прошёл странно: Сантинали слишком переживала из-за происшедшего. Нужно было вести себя будто бы ничего не случилось, как это делали мама и Шана, но колдунье всё казалось, что она слишком дёргается. Хорошим было то, что через какие-то полчаса после уничтожения существа отец выглядел значительно лучше. Когда они уходили даже Низар, полностью поглощённый бумагами, заметил это и сказал, что сейчас позовёт лекаря.
Наконец, королевна и ша добрались до кареты. Сантинали устало откинулась на спинку дивана. Слишком много новостей, слишком много событий. Казалось бы, прошло меньше часа с тех пор, как они встретились с королём, а столько всего произошло. Впервые в жизни колдунья видела тварь так близко. Точнее, впервые в жизни она вообще видела тварь и точно знала, что это именно она. Не какая-то призрачная тень в ночном саду, не два кроваво-красных глаза, мерцающих на стене. Настоящая тварь. И Шана, пронзающая её грозовым копьём.
- Кстати, ты ведь останавливала время и тогда, в Белой Твердыне, ведь так? - Сантинали в задумчивости посмотрела на ша, по своему обыкновению закрывшей глаза на время дороги. Что ж, если от одного её взгляда иные сущности приобретают свой истинный облик и начинают бросаться, то это не лишняя предосторожность. Шана вместо ответа кивнула.
- Но почему твоя магия подействовала тогда на всех, кроме меня? И сейчас на всех, кроме меня и мамы? Ну, и твари.
- Потому что в вас сильна кровь ша. А твари на то и 'иные', что на них не действует магия.
- То есть, если во мне есть кровь ша, то на меня тоже не действует магия ты хочешь сказать? - как-то это отличалось от всего предыдущего опыта Сантинали. Целительская магия на неё действовала отлично, проверено. Ментальная магия, огненная магия, воздушная магия... Не самые приятные моменты жизни встали перед её глазами. Забыть. Не думать.
- Нет. Вообще не действует магия только на иных. У ша - иначе. Магия ша почти не действует на ша. Чем сильнее ша, тем тяжелее другим ша колдовать против и наоборот. Шанаши в первую очередь мастера именно магии ша. На другие виды колдовства это правило, насколько мне известно, не распространяется. По крайней мере так было в мои времена.
- То есть, один ша почти не может заколдовать другого ша?
- Да. Ты и твоя мать очень сильны. Если бы вы обучались с самого начала по правилам, то... - Шана оборвала себя. - Но этого не произошло, как и в случае с Миртом.
- Понятно.
Они опять замолчали. Кажется, это был первый раз, когда Шана не боялась 'разговаривать' на улице, но колдунья отметила это лишь краем сознания. Сейчас было и так слишком много вещей, о которых нужно было подумать в первую очередь.
- Спасибо, что спасла моего отца.
- Не стоит благодарности. Пусть угрозу удалось отвести в этот раз, он по-прежнему в опасности.
- Что ты имеешь ввиду?
- Мне не удалось допросить тварь - она слишком быстро атаковала, и у меня не было другого выхода, как уничтожить её. Кто на самом деле желал твоему отцу смерти мы так и не узнали. И не думаю, что он остановится посе первой неудавшейся попытки.
- Ты хочешь сказать, что она действовала по чьему-то указанию?
- Ну не думаешь же ты, что твари творят зло просто так, по своей природе? Тем более, что заставило её действовать именно сейчас? Могу поспорить - она служила во дворце не один год - там всюду её следы. Да и не позволит ведь распорядитель новенькой горничной прислуживать Его Величеству при государственно важной встрече? Тем более не забывай - твой отец знал её по имени. Ты всех своих слуг знаешь по имени?
- У меня их меньше десятка, и все служат ещё со времён, когда я была ученицей, так что да.
- А у твоего отца?
Королевна скривилась: и всё это Шана успела продумать и понять за те короткие минуты, что у неё были в начале встречи. Её способность к обучению и пониманию поражала. Ведь при её жизни скорее всего всё было иначе. Разве что люди ходили на двух ногах, как и в небе было две луны.
- Я поняла ход твоих мыслей. И что же теперь делать?
- Затаиться и ждать. Думаю, много терпения нам не понадобится. И тебе стоит обсудить всё это с Её Величеством. Думаю, после всего увиденного с ней будет легко найти общий язык.
'Словоплёты способны творить невероятную магию исчерпывая себя почти полностью, а потом целиком восстанавливаться. Это - ещё одна их удивительная особенность. В то время как обычный колдун слишком напрягшись 'лишь' потеряет свой дар, словоплёт в таком случае платит жизнью. Для него потеря дара - смерть. Другой вопрос заключается в том, как словоплёты древности умудрялись не переступать эту незримую черту, после какого круга посвящения у них появлялось осознание своих пределов.
Если словоплёт тратил слишком много сил, то в таких случаях он мог впасть в некое подобие летаргического сна. В такие моменты они бывали особенно уязвимы, так как становились полностью беззащитны. Выходило, что зачастую словоплёт использовал столько силы, насколько доверял своему окружению. Поучительным является случай, с которого началась Сорокалетняя война: тарденцы давно планировали переворот, строя заговор против тогдашнего тандема королев, и их первой целью было уничтожение Хранителей, как основы власти царствующей семьи. Первый павший Хранитель, Хранитель Севера, как раз был убит предателями в момент такого сна. Остальные Хранители, будучи предупреждены о характере гибели соратника, обезопасили свой отдых, но тоже были уничтожены разными способами. К примеру, Хранитель Востока отравлен со всем гарнизоном, Хранителя Запада зарезала любовница, а Хранителя Юга заставили сдаться захватив его семью. Все четыре смерти произошли меньше, чем за две недели, и имели сокрушительный эффект для правящей семьи. Начавшаяся следом междоусобная война положила конец когда-то цветущему и могущественному королевству.