На этом встречу можно было считать завершившейся. Королевна даже не поняла толком зачем здесь была нужна она. Видимо, для маскировки.
- Приезжайте на приём вдвоём, - напутствовала их королева. - Я буду рада видеть вас обоих.
- Шанс поставить во дворце пару печатей, - шепнул Шанаран, пока они шли длинными коридорами. - Я уже присмотрел пару хороших мест.
Неисправим. Совершенно. Вряд ли у него будет шанс отлучиться хотя бы на несколько минут: ша выглядел очень представительно, и если его вырядить в приличествующий оказии наряд, то на вечера отбоя от поклонниц не будет. Но Сантинали мудро оставила эти мысли при себе, иначе могло получиться так, что ей пришлось бы ехать на приём одной.
#
Глава 7
Сантинали в задумчивости вертела в руках конверт. Только в прошлом месяце она сказала Рудо, что отныне позволяет принимать от него корреспонденцию и вот - уже письмо ждёт на столе. Наргвейн. Любовь всей её юности. В своё время она благоговела перед его талантом. Его внешностью, его манерами, его стилем. Вместе они учились в школе, вместе делали выпускные работы, вместе начинали магическую практику. Старший сын древнего уважаемого рода, наследник титулов и земель, и королевна, пусть не основная наследница, но любимая дочь правящего короля. Обе семьи были только рады такому союзу. Крайне редко династические браки заключались по любви, и это был тот самый невероятный случай, когда будущие муж и жена питали друг к другу нежные чувства. Казалось бы, прекрасная партия, прекрасные перспективы. Но потом началась война на юге, и королевна, как маг и представитель правящей династии, отправилась в Страйху - провинцию объятую пожаром. Здесь смешалось многое: и старые претензии вождей южных племён, и неуемные желания воеводы, и растущие амбиции местной школы магов. Слишком засушливое лето, слишком продажные судьи, слишком наглые солдаты и вот уже вовсю полыхает то ли восстание, то ли война с южными соседями, решившими под шумок отхватить себе земель. Понадобилось больше трёх лет, чтобы в Страйхе установилось что-то вроде нейтралитета, и то большей частью оттого, что Леборойская порча опустошила все земли, за которые имело смысл сражаться. Сантинали вернулась домой другим человеком, совсем не той юной выпускницей школы, какой уезжала: в её жизни успели случиться и кровь, и предательство, и смерти друзей. И сотен других незнакомых людей. Обычная жизнь теперь казалось пресной, а дворцовые интриги скучными. Какая разница кто на кого как посмотрел или что сказал? Никто ведь от этого не умрёт. Да ещё и расследование по делу о порче... Колдунья ходила на сотни допросов, побывала на десятках заседаний суда, дала чуть ли не целый том показаний. Но несмотря ни на что жизнь продолжалась. Подготовка к свадьбе, планы на будущее. И любимый человек рядом. А потом...
Сантинали со вздохом отложила конверт. Нет, пока что у неё всё же нет сил открыть его. Пока что она будет считать своим успехом хотя бы то, что позволила себе увидеть этот конверт, а не приказала уничтожить, как предыдущие (если они были, конечно).
- Ты так смотришь на него, будто боишься, что оно тебя укусит.
Сантинали вздрогнула. Шанаран стоял в тени у окна, где гардина отсекала свет с улицы. Лампа на столе была недостаточно яркой, чтобы развеять мрак во всех углах кабиента.
- Да, боюсь, - королевна опять вздохнула. Интересно, зачем ша пожаловал? Дети легли спать и дом, наконец, вновь стал тихим местом. Ровно до утра. - Это письмо от Наргвейна. Размышляю стоит ли его прочесть или лучше просто сжечь, как все предыдущие.
- Хочешь, я прочитаю вместо тебя, а потом скажу можно его тебе читать или лучше воздержаться?
- Ты же читать до сих пор толком не научился.
- Я Мирта попрошу.
- Ну уж нет. Ты почему так поздно не спишь? - Не спрашивать же его зачем он припёрся да ещё и ёрничает теперь.
- Ты беспокойно бормотала. Я не мог понять что с тобой - решил зайти проверить.
- Беспокойно бормотала? - Сантинали удивлённо хмыкнула. Вроде бы она молчала весь вечер, когда это она начала бормотать не отдавая себе в этом отчёта?
- Сложно объяснить, - Шанаран сделал широкий жест рукой, словно рассыпая что-то по полу. - Ты когда спишь такое делаешь иногда. Когда кошмары снятся.
Теперь понятно, почему он пришёл лично посмотреть что случилось - считал, что она спит. Надо же - проверяет как она потому что думает, что её мучают кошмары. Беспокоится. И где же то жуткое потустороннее существо из подземелий Белой Скалы? Удивительно.
- И ещё я хотел сказать: я не пойду на приём в честь выздоровления твоего отца.
До званого вечера оставалось всего несколько дней. Почему?! Видимо, вопрос слишком легко читался на лице королевны, потому что колдун поспешно добавил: - Я тут поразмыслил: вероятность натолкнуться на кого-то из древних иных на таком приёме превышает возможную выгоду от печатей во дворце. Лучше не рисковать: им не нужно встречаться со мной взглядом чтобы понять кто я. Если начнётся битва, то... В общем, лучше до этого не доводить. У меня будут ещё другие официальные поводы попасть во дворец, ведь так?
- Ладно. Как скажешь, - Сантинали устало откинулась на спинку кресла. С кем же ей тогда идти? Может, капитана Танарина позвать? Или кого-то из старых друзей, кто до сих пор поддерживал с ней связь несмотря ни на что? Но такое поспешное приглашение всего за несколько дней до торжества будет выглядеть несолидно. Лучше уж она будет одна.
- Минья.
Сантинали опять вздрогнула: задумавшись о своём она успела забыть о ша. Почему-то ей казалось, что он уже ушёл.
- Что?
- Иди спать.
- Сейчас закончу дела.
- Закончишь завтра. Пойдём, - он протянул руку. - Я провожу тебя до комнаты.
- Но...
- Тебе нужно отдохнуть. Я вижу, что все связанные со мной изменения тебя очень утомили. Пожалуйста, продержись ещё две недели - и Аластар заберёт детей к себе. Я не доставлю тебе больше таких хлопот, обещаю. А сейчас - пойдём.
Колдунья с сомнением посмотрела на всё ещё протянутую руку. Разумом Сантинали понимала, что Шанаран ничего от неё не хочет - всё, что ему было нужно он уже получил, а всего остального, если оно ему когда-нибудь понадобится вообще, сможет добиться без какой-то смертной королевны. Но сердцем...
- Мы поклялись, что будем заботиться друг о друге, пока смерть не разлучит нас, - напомнил ша. В такой формулировке вассальная клятва больше походила на то, что произносят перед алтарём. Сантинали покраснела и проигнорировав протянутую руку выбралась из-за стола.
- Уговорил, доделаю завтра. Но в этот раз не отвлекайте меня. Понятно?
- Понятно, - согласно кивнул ша. Королевне показалось или он поспешно спрятал улыбку? - Специально чтобы не беспокоить тебя я с детьми поеду завтра в школу Ри. Тебя устроит такое?
- Да, отлично. Спасибо.
- Не за что, - они остановились возле её спальни - от кабинета до неё было всего несколько шагов - и ша едва заметно поклонился: - И спокойной ночи, моя госпожа.
- Спокойной ночи, Ран.
Сантинали закрыла за собой двери и потом ещё с минуту пыталась унять внезапно зачастившее сердце и прислушивалась к звукам, доносящимся из коридора. Ни скрипа, ни шороха. Ушёл ли ша, как простые смертные, растворился в тенях или караулит, чтобы она не вернулась в кабинет? Нет, её любопытство было не настолько сильно, чтобы проверить. Только перед тем, как заснуть, королевна поняла, что её так взволновало: впервые с подземелий Белой Твердыни ша назвал её госпожой.
Дворец сверкал огнями, играла музыка, гости прогуливались от стола к столу, танцующие пары кружились в центре сияющего зала. Сантинали, как и все, неторопливо прогуливалась по залу, здоровалась с знакомцами, расшаркивалась с кавалерами, время от времени участвовала в разговорах ни о чём в компаниях, собирающихся то здесь, то там. В строгом платье, подчёркивающим все прелести фигуры, но в то же время с высоким горлом под подбородок без декольте модной в этом сезоне формы, традиционных цветов Страйхи: основного красного с лентами оранжевого и зелёного. В высокой причёске десятки крошечных изумрудов и рубинов переливались в искусно уложенных локонах выгодно оттеняя цвет волос. Каждый раз, когда колдунье нужно было изобразить улыбку и радость от встречи, она вспоминала как на неё смотрели жители особняка, когда она спускалась по лестнице, чтобы ехать во дворец.