– Но я же не виноват! – дернулся Алик. – Меня заставили!
– Руки выкручивали? – сочувственно спросил Герман. – Может, гениталии током прижигали? М-м-м? А может, просто скажешь, где сын? Без этих бенцев?
– Я не знаю, – упрямо повторил Алик. – Надо четыре лимона перевести на счет и один наличными представить, тогда я должен позвонить, а они скажут, куда ехать.
– Ладно, проверим, – туманно пообещал Герман. – О! «Детка» загрузилась.
Он мгновенно нашел нужную программу, ввел номер телефона, выуженный из мобильника Алика, а сам взял собственный мобильник и кому-то позвонил.
Катя с тоской посмотрела в окно. На дворе уже совсем стемнело. Где там Санька?
– Жека? – заговорил Герман в телефон. – Дело есть. Да, прямо сегодня. Надо одного пацана из засады вынуть. Сможешь? Подключай Журавля. Я перезвоню, будь на связи. Залей пока полный бак. – Он дал отбой и тут же набрал другой номер. – Никита, привет. Мне нужна твоя помощь. Нет, прямо сейчас. Речь о киднепинге. Помнишь Катю Лобанову? В театре познакомились, помнишь? Это ее сын. Мне нужно провести безакцептное списание. Нет, со своего компа я не могу, в том и дело. Да, реквизиты я тебе по «мылу» скину. Подтверди получение. Даню сможешь подключить? Надо четыре лимона перекачать на Кайманы. И один лимон мне нужен наличными. Сможешь? Я верну, ты же знаешь, но мне нужно прямо сегодня. Через Веру Васильевну? Ага… Это меняет дело. Вере Васильевне привет и скажи ей спасибо от меня. Скорее всего, деньги не понадобятся, я тебе их же и верну.
Алик при этих словах опять дернулся, пытался что-то сказать, и Герман, не отрываясь от трубки, сунул кулак ему под нос.
– А можно в кейсе с наручником? Да, мне так удобнее, – продолжал Герман. – К тебе приедет один мой друг… Евгений Синицын. Доверяю, как себе. Еще раз спасибо. Ладно, жду.
Программа между тем просигналила об окончании поиска.
– Ну-ка, ну-ка, – забормотал Герман себе под нос. – Надо же, не соврал! И вправду Вахаев Мустафа. – И он включил электронную почту, то есть «мейл», именуемую в народе «мылом», чтобы переслать Никите нужные реквизиты.
Катю снедала тревога. Она боялась помешать Герману, но и оставаться в неведении больше не могла. Она подсела к нему поближе.
– Герман, – попросила она робко, – скажи мне, что ты делаешь? Это же мой сын, я… Мне страшно.
Герман опять оглянулся на Алика. Не хотелось обнимать ее при Алике, но обнять хотелось до чертиков. Он встал из-за компьютера, подошел к Алику и легким, почти незаметным движением тюкнул его по шее. Алик мешком свалился со стула. Герман подхватил его и оттащил к дивану.
– Пусть пока полежит.
– Что ты сделал? – испугалась Катя. – Ты его не убил? Он один знает, где Санька!
– Ну вот еще, больно надо его убивать. Нет, мы ему придумаем другую казнь. – Герман говорил вроде бы добродушно и шутливо, но от его слов мороз пробирал по коже. – Мы его бросим на съедение волкам. Иди сюда, садись. – Он подтянул стул, усадил Катю рядом с собой за компьютер и обнял ее за плечи. – Вообще-то ты не на него, ты на меня должна злиться. Все это случилось из-за меня.
– Из-за тебя?
– Из-за того, что я женился на Изольде. Это она за всем этим стоит. Не будешь выцарапывать мне глаза? – шутливо спросил Герман.
– Герман, мне не до шуток. Объясни, что происходит. Я с ума схожу.
– Не волнуйся, все в порядке. Итак, за схемой стоит Изольда. Возможно, Лёнчик. Это тот, кого мы видели в театре, – пояснил Герман. – Да, банковская схема – это его почерк. Они оба меня достают с тех самых пор, как я на ней женился. Лёнчик – даже раньше, но тут уж они с Изольдой слились в экстазе. Все время пытались мне комп взломать, скачать активы со счетов. Поэтому я поставил «детку». Это защитная программа такая. Долго загружается, зато не прошибешь. Мы этого парня в театре видели, который ее изобрел. Рыжий такой, длинный. Ладно, это так, к слову. Но, пожалуй, из-за «детки» все и случилось. Я сказал Изольде, что развожусь. А она решила мне отомстить. И тебе заодно. Устроила похищение, чтобы выкуп платил я. «Детка» непробиваема, но если бы я переводил деньги со своего счета, причем адресат им известен и канал открыт, в этот самый момент можно было бы где-то врубиться в Сеть и попытаться пролезть. Наверняка хакера наняли. Поэтому я организовал через Никиту Скалона – его ты тоже в театре видела, это муж твоей Нины и мой друг – безакцептное списание. Это когда суммы списываются со счетов без ведома владельца. Деньги уйдут не с моего счета, а со счета самого Голощапова, моего тестя. Он за копейку удавится, куркуль, а тут четыре лимона. Вот пусть теперь объясняется со своей дочкой.