Сырье? Здесь все чисто: латунь приобреталась в магазинах «Пионер» и «Юный техник». Где приобретался полистирол? Его где-то покупал Погребинский. Где именно, не знаю. Но он не сумасшедший, чтобы скупать краденое, он же сам неустанно повторял, что сырье — это самый деликатный момент во всем деле!
В третьем часу раздался звонок. Диана пошла открыть дверь.
В прихожую вошел невысокого роста, но крепкий, как грецкий орех, Бегун.
— Все, что ты просила, сделано! — объявил он. — Гора с плеч! Надо срочно выпить по рюмке! По рюмашечке!
— Что сделано? — спросила Диана.
— Завтра никуда не ходить! Притихнуть.
— Как это, я не понимаю?
Бегун сделал большие глаза.
— Не понимаешь? — Он перешел на шепот. — Возьмут деньги! Я сегодня говорил со своим человеком у них. Горина отмажут.
Бегун налил вина в бокал. Выпил первым.
— Завтра к концу дня Паша твой будет дома. Ну уж и задам я ему трепку. Сказано же было, чуть что — ко мне, а он к ним побежал искать милости, дурила!
Прищепов прочитал заявление. Некоторые неясности еще оставались, но главное обозначено, раскрыты связи.
Он подписал Горину пропуск на выход из Управления.
Бегун остался у Дианы ждать известий.
— Эдак вы и меня втянете в историю! — сказала она. — Мне это не нравится. Я-то тут при чем? Я-то какое ко всему этому имею отношение? Нет уж увольте, нет уж, меня не трогайте!
— Ба, какая девочка! Прямо голубка сизокрылая! Невинность! Будто бы ты никогда не попадала в истории? — грубо язвил Бегун. — История закрыта! Я жду результатов! И не юродствуй, притихни, чтобы тебя как нету все равно!
Диана была практичной реалисткой, пожалуй, даже слишком практичной. Но в моменты страха она терялась, здравый смысл уступал место эмоциям.
— Может, дать ментам взятку? Покрупнее, не поскупиться. Ну что нам всем вместе стоит? Сбросимся — такую сумму наберем, они от счастья в обморок упадут, и дело таким образом уладится?
— Если бы все было так просто, тюрьмы опустели бы, дорогая крошка. Все-таки странно у вас, баб, башка устроена: вроде бы кажется умной, а чуть ситуация осложнилась — ну дура ведь дурой! Ишаку ясно, а ей нет.
Звонок в дверь поверг Диану в ужас. Бегун кинулся открывать в уверенности, что его «система» сработала.
— Вернулся! — донесся его голос из прихожей. Он подтолкнул Павла в гостиную.
Диана вскочила с тахты, легкой походкой пересекла комнату, подошла к Павлу. Его возвращение было шагом к победе, так, по крайней мере, она решила. Бегун остановился в дверях в картинной позе победителя.
Павел хотел поцеловать Диану, она отстранилась.
— Тебя совсем отпустили?
— Мне этого никто не сказал.
— И не скажут! — заверил Бегун. — Ты дома, вот и весь сказ! Однако садись-ка лучше за стол. Подкрепись. Теперь у нас с тобой будет беседа! Я очень рад, что здесь присутствует твоя жена!
— Меня там голодом не морили, — заметил Павел.
— Но вина не давали! В малых дозах вино укрепляет здоровье и проясняет голову. Садись! Знаешь, почему тебя отпустили?
— А почему бы им меня и не отпустить? Куда я денусь? Я у них под рукой...
— Ха! Ха! — воскликнул Бегун с едкой иронией. — Под рукой! Ты думаешь, они поверили в твое искреннее раскаяние? Оно их обрадовало, облегчило им работу, и только! Мы еще разберемся, что ты там им наговорил! Я тебя предупреждал: в случае тревоги — ищи меня, а ты куда пошел? Я сразу бы все снял, все дело слиняло бы, а теперь у них документы небось и фамилии, теперь труднее. Но, миленький, кто же будет платить за разбитые горшки? А? Предприятие твое дохода дать не успело, а в расходы ввело!
— Я прошу прекратить этот бандитский разговор! — не выдержал Павел.
— Бандитский? — с возмущением отозвался Бегун. — По доброй воле, по своему желанию ты пришел к нам! Мы не бараны вроде тебя. Только бараны дружно идут стадом за вожаком-козлом, не задумываясь, куда тот прет. Я родился на Дону, на хуторе... Степь да степь кругом. По балкам да по лугам и до сих пор водятся волки.
Помню, ближе к осени, два или три волка напали на стадо баранов. Заесть не заели, волкодав отогнал, и пастухи поспели, но от страха все стадо ринулось к реке. Вожак махнул с обрыва, и все стадо рвануло за ним. Всем хутором не могли за неделю пожрать баранину! А сколько их еще перетонуло, мама родная! Мы за сомами ходили под кручу. Хорошо брали на тухлую баранину.