— Слушай, да у тебя руки-то какие, Павлик! Вот это да! — воскликнул Вадим. — Поступай-ка ты, братец, к нам, у тебя талант.
С помощью своего старшего товарища Павел приготовил несколько работ для приемной комиссии, выдержал конкурсный экзамен и порадовал мать тем, что приобщился к творческому делу.
Правда, к моменту окончания института он с сожалением пришел к выводу, что великого скульптора из него не получится.
...С Дианой, гостившей у своих приятелей на даче в Дзинтари, Павел познакомился случайно. Прогуливаясь вечером по аллее около санатория, в котором отдыхал уже третий день, он издали увидел оживленную группу молодых людей: центром внимания была молодая, очень красивая женщина. Захотелось познакомиться с ней.
Павел дождался, когда группа молодых людей поравняется с ним, стал наблюдать за незнакомкой. Изысканно одета, умело причесана, уверена в себе. И голос приятный. Придраться даже не к чему — до того хороша. Так захотелось привлечь чем-нибудь ее внимание! Чем только?
Он поехал в Ригу, добыл нужный сорт глины, устроил у себя в комнате подставку для работы и пошел на пляж. Альбом и карандаш — вполне достаточный предлог для знакомства с неприступной красавицей. Впрочем, какие предлоги, она все поймет с первого слова.
Павел смело подошел, поздоровался. Диана приветливо ответила, поклонники не торопились с ответным приветствием.
Павел показал альбом и спросил:
— Вы не будете возражать, если я попытаюсь набросать ваш портрет?
— Еще один! — услышал он чуть ли не единодушный возглас, затем раздался добродушный смех.
— Этак вы, Диана, все взморье сманите! Никто устоять не в силах, — заметил кто-то.
— Закрывай-ка свой альбом, художник! — нехотя бросил другой. — И без альбома принимаем в свиту королевы...
Павел представился, на этом вроде и закончилось его посвящение в человека свиты. Отойдя чуть в сторону, он начал делать наброски. Внешнее сходство он умел схватывать отлично и довольно быстро. Диана милостиво позировала. Кто-то колко сеял сомнение:
— Надо еще посмотреть! Может, и рисовать-то не умеет...
Но такую аудиторию Павлу удивить своими художественными способностями ничего не стоило. Это он прекрасно понимал. Самые ретивые вставали, смотрели и притихали.
— Это наброски. Рука привыкает! — пояснил Павел.
— Не скромничайте! — сказала Диана. — Меня пробовали рисовать, но так впервые... Вы мастер. Что, настоящий художник? Не может быть, чтобы так смог любитель!
— У меня другой замысел! — ответил Павел. — Я не живописец, а скульптор. Вот если бы вы согласились позировать, я сделал бы вас в мраморе.
— И дорого бы мне это стоило? — лукаво спросила Диана.
— Платить будет Третьяковка, а может, и Лувр! — пошутил он, и этим сильно подсек соперников.
— Боже, какая честь! — усмехнулась Диана. — Не слишком ли для обыкновенной советской девушки?
— Не надо напрашиваться на комплименты! Вы же сами знаете, что никакая не обыкновенная.
Сеансы начались на другой же день. Павел извел несколько катушек фотопленки, снимая во всех ракурсах лицо Дианы.
— Вы знамениты? — поинтересовалась Диана. — У вас есть работы, прославившие ваше имя?
— Слава — капризная дама! — сказал Павел задумчиво. — Она может горячо обнять и быстро оттолкнуть, а может поступить совсем наоборот. Словом, ведет себя как хочет. Сейчас трудно художнику, очень трудно. Все испытано, все сказано. В старом добром реализме скучно, а новое трудно рождается, а еще труднее воспринимается. Художник может сказать, что он состоялся лишь на смертном одре, когда его сила уже иссякла, картины, рожденные им, начинают самостоятельную жизнь.
Павел заметил, что слова его вызвали любопытство Дианы.
На втором сеансе он начал работать с глиной.
— Надоели шуты гороховые! — вырвалось у нее неожиданно. — Оторваться бы куда-нибудь от них!
— Давайте убежим! — подхватил Павел.
— У вас есть машина?
Он сокрушенно развел руками.
— Еще не обзавелся!
— Убежим без машины, на электричке. Это даже надежнее!
Убежали, гуляли по берегу моря, забрели в сосновую рощу. Павел был в ударе. Рассказывал анекдоты, интересные эпизоды из студенческой жизни, рассуждал о художниках, скульпторах, архитекторах.
Как бы между прочим Диана сказала, что замужем. И тут же добавила, что это вовсе ничего не означает. Павел по-своему понял намек и поспешил сообщить, что тоже женат, но собирается разводиться...