Теперь и я улыбаюсь. Я, может, и прислуга, и место в прайде вовсе не моё, только она всё равно кукушка. Ирина опускает взгляд, расстраивается, явно принимая всё это на свой счёт. Её ребёнок несчастен, мне жаль Настю.
Но, может, я и не права. Если встать на её место, то получится, что во мне она видит угрозу. Наверное, не стоит врать самой себе. Ведь Лев действительно относится ко мне не совсем как обычному наёмному работнику, он ведь целовал меня в губы, ему этого хотелось.
Я не имею права мешать её воссоединению с ребёнком и мужем. Настя их со Львом дочь и, судя по тому, как тихо и спокойно он с ней разговаривает, мужчина действительно к ней всё ещё неравнодушен, потому что иначе выгнал бы в шею, послал бы далеко и надолго.
И в любой истории счастливый конец — это когда мама, настоящая мама, встречается с ребёнком, а папа понимает, что всю жизнь любил только её.
Так правильно, так должно быть.
***
Немного позже, помывшись и переодевшись, я спускаюсь вниз, где меня уже ждёт весь чудный коллектив нашего бродячего цирка. Горничная подает мне чай, странно и очень загадочно улыбаясь. Представляю, что они о нас думают. Вроде взрослые люди, а маются какой-то дурью.
— Мне вот интересно, как это вы, Ирина, умудрились в собственную яму упасть? Будто вы не знали, что она там есть? Ладно бы чужой человек, который ни разу во дворе Ильиных не был, но вы же хозяйка дома. — Расхаживает по центру зала Оксана, убрав руки за спину.
Ей бы ещё свисток и дубинку. Стараясь думать и не торопясь с ответом, я погружаю нос в чашку. Ну вот что мне этой крысе ответить? Откуда я знаю, как я умудрилась? Вот так вот, молча, как говорится. Потому что ни черта не знаю о ямах Ильина.
Пью неприлично громко, засасывая чай с булькающим звуком. Даже моих историй уже не хватает, чтобы выкрутиться. До уровня такой импровизации я ещё не доросла.
— Я полагаю, Ирочка просто пошла гулять с Настенькой и так увлеклась, что забыла о существовании этой самой ямы, — нежно щебечет «послиха», сглаживая ситуацию. Они со Львом переглядываются, и он ей удовлетворённо кивает, с благодарностью. — К тому же, — продолжает она, — как я понимаю, поломка произошла ночью и разбирались с ней мужчины, всё это не женское дело.
Вздохнув, улыбается. Как бы уводя народ от темы.
— Оксаночка, дорогая наша, забудьте уже про эту яму, слава богу, что с Ирочкой ничего не случилось. Давайте же размышлять позитивно, лучше расскажите немного о себе. Лев заикнулся, что вы пишете стихи? — восторженно. — Я полагаю, речь идёт о чём-то серьёзном.
И заглядывает ей в глаза с дичайшим, просто неописуемым интересом. Оксанке это явно льстит.
— Да, меня волнуют исключительно патриотические темы.
Кидаю быстрый взгляд на Льва, который внимательно наблюдает за бывшей. В мою сторону не смотрит. Они уже и Оксану успели обсудить. Ой, какая же эта Ирина добродушная, понимающая, милая и светлая, аж тошнит… Всё она моментом подхватывает, всё у неё получается. О такой жене только мечтать.
Тем временем бывшая Льва продолжает:
— Ну конечно, я не сомневалась, Оксаночка. Вряд ли такую умную, интересную женщину, как вы, могут заинтересовать какие-то глупости и пустые, поверхностные темы. Конечно же, — с диким энтузиазмом, — конечно же, только гуманность, любовь к отечеству, неподкупность рука об руку с бескорыстностью. Было бы очень интересно послушать.
Оксана набирает целую грудь воздуха и, кажется, от осознания собственной важности даже становится немного выше ростом. С абсолютно прямой спиной и слегка вздёрнутым подбородком она присаживается на диван рядом с мамой Льва. Бывшая располагается в кресле напротив. Лжеева улыбается, с трепетом ожидая выступления.
Окси сосредотачивается, подготавливаясь, а потом выдаёт неожиданно громким речитативом: — О родине, полях и шелесте деревьев, любви к земле и топоте сапог!
Бывшая жена с восторгом слушает, открыв рот, а я мечтаю найти повод подняться наверх, к Насте. Лучше я буду раскрашивать кукол фломастерами, чем и дальше купаться в этом призрачном царстве лицемерия. Лжеева хлопает в ладоши. Оксана от души благодарит её, а я по-прежнему пью чай.
— Жалко, что ты уже женат, Лев. Евангелина гораздо интереснее, чем твоя жена Ирина. Да и красивее, чего уж там, — от чистого сердца выдает Оксана, раскрасневшись от комплиментов.
«Послиха» это заявление встречает с дичайшим энтузиазмом.
— Окси, не говори глупостей, — одёргивает свою помощницу бабушка. — Простите её, Ирина, иногда она сама не своя.
Я всё понимаю: Оксане нравится, что её похвалили — но чай в глотке всё равно застревает. Чувствую себя полной дурой. Лев это никак не комментирует. Не протестует и «жену», то бишь меня, не защищает. И как ни в чем не бывало предлагает матери и Оксане прогуляться по саду, а вечером всем вместе поехать в какое-нибудь интересное место. Например, в ресторан на набережной.