— Уже подействовало? — спросил он.
Только тогда она поняла, в какую передрягу попала. По Локаю ходил слух о неком наркотике, популярном среди дворян, что сводил женщин с ума. Забавы ради, они обманом заманивали понравившуюся девушку и могли целой компанией измываться над бедняжкой до самого утра. А на следующий день она толком и припомнить ничего не могла. Наркотик был доступен сильным людям мира сего из-за его дороговизны, и поговаривали, что Итан Винест является родственником королевского алхимика, который его и создал. Не желая проверять свою догадку, Сорча резко встала:
— Всё! Я с вами отужинала, господин хороший. Мне пора.
Неожиданно проворно для своей комплекции толстяк рванул к ней, с грохотом опрокинув стул:
— Куда пора? — он схватил её за волосы и потащил обратно к столу: — Веселье только начинается.
Нападение оказалось столь напористым и неожиданным, что застало Сорчу врасплох. Она пыталась сопротивляться, но отбиться от толстяка было равносильно желанию сдвинуть гору. Целую гору жира. К тому же она потеряла драгоценные секунды первой инициативы. В это время банкир Локая скинул со стола посуду, схватился железными пальцами за её шею и силой заставил нагнуться. Вместе с очередной волной жара в её душу проник страх. Ей было даже страшно представить, что это случится так. Никогда не простит себе, если допустит. Да этот толстяк потом будет сниться в кошмарах.
Она принялась бороться с новой силой, порываясь оттолкнуться от стола. Толстяк позволил ей чуть приподняться, а затем мощно ударил головой о стол. Из глаз Сорчи полетели белые искры, лоб заныл от боли. Она замерла, чувствуя, как тот задирает юбки, как его похожие на сосиски пальцы ощупывают бёдра. Её замутило. В это мгновение он перевернул её и закинул на стол, запустив обе руки под юбки в поисках панталон. Сорча сделала попытку лягнуть его ногой, целясь в лицо. Это разозлило жирдяя. Перехватив её ногу, он влепил ей такую пощёчину, что зазвенело в ушах, а в глазах потемнело.
Когда она пришла в себя, ей владела странная заторможенность сознания, мысли путались. Происходившее напоминало дурной сон. Её ноги лежали на плечах толстяка, пока его голова находилась между них. Он странно чавкал и причмокивал, почти также как и за поеданием блюд совсем недавно, будто она была десертом. Сорча хотела отползти, но он крепко удерживал её, больно впиваясь в бока. От бессилия на глаза наворачивались слёзы. А от понимания, что в публичном доме вряд ли кто-то придёт на помощь, даже если она будет кричать, сердце сжималось от ужаса. Но Сорча не была собой, если бы так просто сдалась.
Она изогнулась в поисках чего-то подходящего для защиты. На глаза попала вилка для мяса с резной ручкой из кости, оставшаяся на столе каким-то чудом. Сорча смогла дотянуться и ухватить её. Приподнялась и вонзила ту в заплывшую шею жирдяя, рискуя задеть и свою ногу тоже. Он машинально оттолкнул её руку, но Сорча так крепко вцепилась в рукоять, что выдернула вилку по инерции. Толстяк резко вскочил на ноги и было хотел кинуться на неё, но из его шеи хлестанул целый фонтан крови, брызги полетели во все стороны. Ему пришлось позабыть о ней, зажимая рану обеими руками. Она поражённо замерла, уставившись на невообразимое действо, разворачивающееся на её глазах, и встретилась взглядом с толстяком. До конца жизни не забудет его глаза, полные чистейшего ужаса с проблесками бессильного гнева. Тот силился что-то сказать, но силы будто враз покинули его, и он грохнулся на паркетный пол и замер там.
Сорчу затрясло от понимания содеянного. Она убила человека. Не безродного ублюдка, а человека с деньгами и весом в обществе. Её повесят. Её точно повесят! Она не думала лишать его жизни, она хотела, чтобы он просто её отпустил. А затем мысли смешались и потонули в волне жара, поднимавшейся откуда-то из глубины её тела. Смесь наркотика и адреналина в крови, образовывали странный коктейль, не позволяя с головой погрузиться в ужас происходящего.
Через какое-то время сознание вернулось, и она обнаружила себя всё на том же столе тяжело дышащей и изнывающей от жара. Толстяк лежал там, где упал, только кровавая лужа под ним стала больше. Нужно было что-то делать, но что? Просто сбежать не вариант. Итан Винест знает, что с банкиром была она и доложит об этом стражам порядка. Вопрос времени, как быстро её отыщут и придадут правосудию. И все, все без исключения решат, что она работница элитного борделя. Её казнят заклеймённой позором. В камине громко треснуло полено, заставив вздрогнуть, чем и привлекло её внимание к танцующим языкам пламени. Огонь завораживал, казалось, на него можно смотреть вечно, он же нашёптывал выход, обещая решить все проблемы.