Как алкоголики умудряются пить так много и не сдыхать по утрам от похмелья? Вот мне казалось, что я состою лишь по отдельности. Вместе мои конечности и голова не функционировали вообще никак! Я поднялась на локтях, когда наконец-то почувствовала хотя бы свои руки, и в голове несколько уменьшился колокольный звон. Хм, а кто это такой умный переодел меня в треники и огромную, просто необъятную мужскую футболку с надписью «Я всё сказал!»?
Так, ладно, надо понять, почему я в незнакомом месте, с бодуна. Встав с кровати, я подошла к зеркалу и меня едва на свое собственное отражение не стошнило. Это даже описанию не поддается. Облизав потрескавшиеся губы, я, едва волоча за собой ноги, поплелась к выходу. Штаны мне были безнадежно велики. Я даже не удосужилась заправить штанины, ведь они в любом случае разваляться. Когда я вышла из комнаты, то моему взору предстала гостиная в доме дяди Леши. Сам дядя Леша отсутствовал. Однако кто-то шумел на кухне, куда, я собственно и направилась. У плиты, в одних боксерах, с широкой накаченной спиной стоял Филатов. Я невольно прикусила губу, засмотревшись на это божественное мужское тело. Интересно, я там, внизу, у него также божественно? Ой, о чем это я!
-Доброе утро Лиза. Как спалось? – Андрей не развернулся в мою сторону. Он будто спиной почувствовал, что я сзади.
-Не помню. Видимо в самый раз. Это ты меня переодел? – Мой голос слегка осип. Я подошла к столу и налила в стакан холодной воды из-под крана.
-Да, чтобы на всякий случай свою одежду не запачкала. Но ты удивительно спокойно перенесла десять стопок настойки, просто взяла и вырубилась. – Андрей обернулся. В руках у него была деревянная лопатка, которой он переворачивал оладьи.
-Спасибо и извини меня, что так себя вела. – Я снова закусила губу. Мне стыдно, что я не чувствую стыда за своё поведение.
-Видимо на это были свои причины. Ты иди в ванную, приведи себя в порядок и будем завтракать.
Глава 5
Пока я отмокала под душем, я пыталась напрячь свою память и вспомнить, что же я наговорила вчера Филатову. Видимо что-то странное, раз он ведет себя так, будто я как минимум приставала к нему. А то, какого черта он ходит полуголый по дому, готовит завтрак, да и вообще так шикарно выглядит? Но у меня нет такого ощущения, какое я испытываю, когда вспоминаю Макса, пускай даже он и мажор.
Мне не было стыдно, когда пришло осознание, что Андрей, возможно, раздевал меня. А вот если б меня раздевал Макс…. Намыливая голову, в глаза попал шампунь, сколько бы я ни терла глаза, было больно, глаза резало и щипало. В зеркале я увидела свои раскрасневшиеся глаза. Было действительно больно, похоже, что у меня аллергия на мужской шампунь. Вернувшись в ту одежду, в которой я проснулась и, намотав на голову полотенце в виде тюрбана, я наконец-то вышла из ванной комнаты.
В глазах расплывалось и жутко чесалось. Я держалась за спину и старалась не упасть, ведь глаза застили слезы, от которых было ещё больнее. И что же мне теперь делать? Я ничего не вижу! Иду чисто по интуиции, то и дело, натыкаясь то на дверной косяк, то на тумбу. О, а теперь лестница, чудесно. Но видимо спуститься целиком мне не судьба, даже держась за перила, я умудрилась пропустить ступеньку и проехалась своей попой по оставшимся фазисам и шлепнулась на полу. Полотенце сбилось с головы и болталось перед лицом. На произведенный мною шум в коридор выбежал Филатов.
-Господи, Лиза, что случилось? – Андрей подбежал ко мне и убрал мешающее полотенце с лица. Судя по голосу, он был в ужасе, так как я практически не могла разобрать его лица.
-Упала с лестницы. – Прохрипела я, не пытаясь поднять. Очень болела спина и, невыносимо сильно тянуло правую ногу. Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь, то с ногой у меня будут серьезные проблемы! Именно в ней стоит штырь, вместо полноценной кости и было ужасно больно.
-Каким образом?! – Филатов попытался меня поднять, но я быстро вырвалась и лишь выпрямила больную ногу. Вставать нельзя, надо дождаться, пока я снова почувствую ногу.
-Пока мылась, в глаза попал шампунь и, оказалось, что у меня на него аллергия. – Я шмыгнула носом и посмотрела на Андрея. Видимо он обалдел, когда увидел мои больные глаза.