-Спасибо, но в доме есть лифт, так что не стоит. – Я протянула деньги и, вытащив ручку чемодана, вошла в парадную.
Пытаясь открыть дверь ключом, я едва не поседела, когда услышала звук открывающейся двери. Мне казалось, что воздух на планете Земля перестал существовать, но когда перед лицом возникла сонная физиономия Вероники, я едва не уписалась от облегчения.
-Твою ж мать, как ты меня напугала! – Выдохнула я, попутно заливаясь истерическим смехом. – А ты чего дома? Вроде как должна была вернуться только в понедельник. – Затаскивая себя и чемодан в квартиру, я не сразу заметила, что Ника остановилась возле двери как вкопанная. А я и забыла, что мне кранты. Однако и на неё произвело большое впечатление то, что я хромала и снова была с тростью.
-Что с тобой случилось? Нога снова заболела? – Вероника, похоже, забыла, что обещала настучать мне по тыкве.
-Да, упала с лестницы. – Я коротко пересказала подруге это печальную историю и вошла в гостиную. – А ты давно дома?
-Вчера ночью вернулась. – Задумчиво произнесла Ника, наливая в кружку горячий чай. – Как дядя Коля поживает? – Вероника уселась на кухне в позе лотоса с кружкой в руках. На голове у неё был птичий переполох, а лицо не умыто от косметики.
-Отлично, нашел себе спутницу жизни. – С загадочной улыбкой произнесла я, впихивая чемодан в комнату и там его и оставив. Хотелось кушать и принять душ.
Вероника, как и ожидалось, подавилась чаем. Вскочив на колени, она посмотрела на меня горящими глазами.
-Да ну! – Воскликнула подруга с широченной улыбкой на лице.
-Ага! – Довольно подтвердила я и рассказала вкратце историю их знакомства. Рассказывая, я заодно готовила себе и Нике завтрак на скорую руку. Плюс себе ещё сварила кофе и добавила туда сливки.
-Вот это да. – Протянула Ника, с вилкой в руках. На завтрак были яичные вафли с беконом. Очень вкусно и просто. – И это Дарья тебе понравилась?
-Даже очень. Приятная женщина, красивая и очень понимающая.
-Ничего себе! Надеюсь, у них всё сложится. – Ника воспринимала моего папу как родного. Также сильно, как и я переживала за то, что мужчина в самом расцвете лет одинокий. Красивый мужчина, между прочим.
-Я тоже. – Выдохнув, я пошла, мыть посуду.
-Сиди, калека, я сама. Ты лучше расскажи мне, какого черта ты сделала в Нью-Йорке, что сейчас только немой не говорит о тебе?! – Ника собрала посуду и встала у раковины. Я же пересела на диванчик и тяжело вздохнула. Пришлось выкладывать всё подчистую.
-Хм, так ты ради него старалась выглядеть сексуально и для этого просила помочь с магазином нижнего белья? – Со свистом воскликнула подруга, собирая кусочки пазла. Для неё это слишком.
-Да. Я вообще предполагала одну ночь, но не вышло. – Продолжая рассказ, я снова проживала те волшебные дни и ночи.
-Да подруга, наворотила ты дел. Боюсь даже представить, что он с тобой сделает, если найдет. – Похоже, Ника не воспринимает это как шутку, а значит дело действительно дрянь!
Выходные дались мне с трудом. Мне всё же удалось найти время и посетить травматолога, который настоятельно рекомендовал мне физиотерапию. На рентгене было все, как и раньше. Всё тот же штырь. Правда появилось кровоизлияние, которое как раз таки и мешает мне. Оно давит на нервные окончания, заставляя меня хромать.
Физиотерапия была назначена и первое посещение должно состояться в среду. А завтра у меня важный день. Первый день в роли помощника самого Филатова. Из-за ноги я решила пойти в джинсах и белой рубашке. Ноги обула в ортопедические мокасины и поплелась в отель.
Ника же нашла практику в журнале Vogue (Russian). Как она туда попала, остается загадкой. Но так мы и разделились в тот понедельник. Вероника ещё утром умчалась на стажировку, а я уехала ближе к десяти в гранд-отель.
На ресепшен мне пришлось предъявлять не только паспортные данные, но и студенческий билет, который доказывал мою причастность к журналистике. Мне выдали временный пропуск и пропустили в комнату для репортеров.
-Лиза! – Я даже не успела поздороваться, как ко мне подлетел, иначе не скажешь, сам Филатов. Он держался на расстоянии вытянутой руки, но было видно не вооруженным глазом как же сильно ему хочется меня обнять. – Как ты себя чувствуешь? Вижу, что нога так и не прошла. – Намекает, что я до сих пор с тростью хожу. Зришь в корень.