-Ты мой мужик! – Воскликнула я и крепко обняла парня со спины.
-Макс, мне звонил твой отец, они завтра приезжают. – Внезапно произнесла Вера, сдерживая улыбку.
-Ох, я чего они меня-то не предупредили?! – Воскликнул «мужик», как ошпаренный вскакивая, Макс выскочил из кухни.
-Я думала, что мистер и миссис Аддерли приедут недели через две. – Протянула я, доедая завтрак и выпивая кофе.
-Все так думали, но видимо они оба жаждут познакомиться с девушкой сына. – Лукаво ответила Вера и собрала посуду со стола.
-Спасибо за завтрак, было очень вкусно! – Я упорхнула к выходу, но крылышки бабочки быстро дали сбой и я, не успев пройти до конца кухни, как ногу будто проткнуло чем-то острым.
Стараясь не закричать, я прикоснулась к косяку и осела на пол. То-то мыча, я сдерживала крик боли внутри себя.
-Девочка, что случилось? Где болит?! – Вера Павловна от ужаса картины покрылась пятнами, а я прокусила губы до крови.
-Нога. – Вытянула я из себя, продолжая мычать и раскачиваться вперед-назад.
-Макс! – Крикнула Вера, придерживая меня за плечи. На зов Веры Павловны прибежал охранник.
-Что случилось? – Увидев меня в агонии, охраннику не понадобился ответ. Он стремглав выбежал из кухни с криком:
-Босс!
Я уже не соображала из-за дикой боли в ноге и поэтому сознание, решив, что я иначе сойду с ума, решило выключиться. Оно и понятно. Меня буквально раздирали на части. Кости фактически горели. Даже не кости, а титановые штыри!
На кухню, сломя голову, нёсся Макс. Он был настолько встревожен и всклокочен, что даже через боль я почувствовала его страх за меня. Он так окутывал меня своими щупальцами, так тонко внедрялся мне под кожу. Я вроде бы понимала, что это не моя боль, а чужая, но Макс же не был мне чужим! Если мне было больно физически и эту на это ещё можно было не обращать какое-то внимания, то чувства, разъедающие Макса, были куда глубже. Они ранили сердце. Ранили душу. И я видела это через его глаза.
-Лиза! – Максу будто под дых дали. Увидев меня, загибающуюся от агонии, он рухнул на колени, не зная, что предпринять. – Скорую! Срочно скорую!
-Нет. – Выдавила я, ухватившись за запястье Макса. – В сумке… - шептала я, сжимая зубы до скрежета, - есть шприц. Обезболивающее. Принеси, пожалуйста.
Макс стрелой вылетел из кухни и уже черед тридцать секунд моего персонального ада, сидел рядом и протягивал мне шприц-ручку в сером пластиковом оформлении.
Дрожащими руками, я пыталась увидеть на табло количество введенных единиц. Шприц был примерно такого же формата как у больных, страдающих сахарным диабетом. Стерев пелену слез с глаза, я увидела на табло цифру четыре. Мало. Добавила ещё шесть. В сумме десятка. Сильно, но зато действенно.
Сняв колпачок, я перезарядила шприц новой иглой и, не снимая джинсы, внутримышечно засадила шприц в бедро. Струйка медленно вливалась в мышцы, постепенно разгоняя боль. Десять минут спустя, когда я вся была мокрая от липкого страха и пережитого ужаса, нога уже не болела. Я её практически не чувствовала. Чувствительность вернётся часа через два.
-Боже мой, девочка, как ты меня напугала! – Макс напряженно всматривался в моё лицо и, только когда я выдохнула, напряжение всего его тела спало.
-Да я сама перепугалась! – Нервно усмехнулась я и обняла Макса за шею. Как последняя наркоманка уткнулась ему в шею и глубоко, жадно вдохнула в себя его запах.
Глава 7
Макс перенес меня в комнату и вообще запретил куда-либо выходить из комнаты. Всё, что мне потребуется, можно попросить у Веры Павловны. Я вздохнула, и смирились с неизбежностью своего положения, однако просто так сидеть я не намерена. У меня, между прочим, практика!
Взяв свой телефон с тумбочки, я набрала номер Филатова. Приготовившись к полному разносу, я едва ли дыхание не задержала.
«Лиза, господи, ну, слава Богу, ты позвонила!» - Послышался взволнованный голос Андрея Игоревича. У меня телефон аж из рук не выпал.
«Андрей, прости, что я ушла, вчера не предупредив! У меня нога разболелась, я не могла терпеть, поехала в поликлинику». – Грешно врать, но не скажешь же Филатову правду, что я сбегала от «того самого мистера Аддерли»?! Он и слушать не станет. Скажет, что я чокнутая и кирдык моей практике.