Лёгкий ветерок коснулся мыслей и прошёлся по подолу платья. Сархат, паривший передо мной, растворился.
Ну что, Сашка, попала, так попала. Даже не знаю, радоваться всему этому или плакать.
Дом был уютным, а лес вокруг очаровывал своей красотой. Что ж, выходит, у меня незапланированный отпуск?
Быть одной было непривычно. Глубоко вдохнув местный воздух, набрала сообщение брату и отцу.
"Я у сархатов. Вернусь, когда узнаю все их тайны."
И пусть мучаются от информационной голодовки. Водили меня за нос столько времени, вот теперь и я их помучаю.
Весь оставшийся день я проходила из угла в угол, изучая новое пространство. Ревизия показала, что запасов еды здесь примерно на неделю, какая-либо система безопасности отсутствует, а ещё, рядом есть маленькое озеро. Лезть туда пока не рискнула, сделав мысленную заметку, спросить о нем сархата.
Когда на землю опустилась ночь, насыщавшая пространство оранжевым светом, на стенах зажглись небольшие светильнички. Делать мне было особого нечего, да и странно было сидеть абсолютно одной, зная, что где-то бродит целая команда. Поэтому, искупавшись в ванне, напоминавшей большой деревянный таз, я надела уютную пижаму и отправилась спать. Пушистое лёгкое одеяло с готовностью обняло тело, и сладко зевнув, уже через пару минут я почувствовала, как уплываю в сон.
Я вернулась в тот самый клуб, где встретила Сириуса семь лет назад. Вот мы стоим по разным углам, а в следующее мгновение рядом со мной оказывается неуловимый глазом женский силуэт.
Веста. Она была там в ту ночь, она связала наши судьбы. Я видела.
Зелёные глаза орионца прошлись по моей фигуре и поймали мою душу в плен. В ту секунду я поняла, что влюбилась с первого взгляда в самого невероятного мужчину на свете. И совсем не важно, что в свои девятнадцать я видела их не так уж много.
Я пошла за ним, мы подарили друг другу незабываемую ночь, а наутро… Наутро мы проснулись в объятиях друг друга.
— Солнышко, нашей маме нужно отдохнуть, — рассмеявшись, Сириус снял с меня нашу четырехлетнюю дочь, и посадил себе на шею. — У мамы в животике твоя сестричка, или братик, а ты по ним так скачешь. Пошли, покатаемся на горке, а мама с малышом подышат спокойно воздухом, да? — закинув голову назад, мой муж дождался согласия дочери, и направился в сторону детской площадки.
Я смотрела им вслед, и внутри меня разливалось невообразимое, необъятное счастье. Столько лет мы вместе, с той самой ночи. Сколько пережили вдвоём, втроём… Скоро вчетвером.
Погладив рукой ещё совсем маленький живот, я почувствовала, как по щекам катятся слезы. Чёртовы гормоны…
Словно почувствовав моё состояние, меня окрикнул Сириус, и подарил самую прекрасную на свете улыбку — улыбку любимого и родного человека. В его зелёных глазах плескался океан нежности, в котором я счастлива была тонуть снова и снова.
"Люблю тебя" — прошептал он одними губами.
Черноволосая малышка, сидевшая на его шее, послала мне воздушный поцелуй.
— И я люблю вас, — ответила, уже открывая глаза в комнате, наполненной оранжевым цветом ночи.
Сириус? Дочка? Где все?
Оглядываясь по сторонам, я терла глаза, не понимая, где нахожусь. В нашей квартире другая кровать, и стены и… Подскочив, я бросилась по комнатам, в поиске семьи. Которой не было.
Где я?
Ночной воздух ворвался в лёгкие, опьяняя сладостью. Пейзаж вокруг не оставлял сомнений в том, что я вовсе не в городе, и, тем более, не в квартире.
Воспоминания взорвались в мозгу, окончательно возвращая меня в реальность. Моя жизнь сложилась совсем не так…
Сознание затопило болью от догадки. Всё, что я видела, было только сном. Издевательством.
Заходя в дом и сползая по стене гостиной, я почувствовала как мой разум охватывает ужас. Я потеряла, все потеряла… Слезы покатились из глаз, постепенно переходя в рыдания. Взгляд дочери и мужа отпечатались в сознании, и сейчас, мысль о том, что я никогда не смогу увидеть их снова, сводила меня с ума.
Лёгкий ветерок внезапно коснулся волос, отвлекая. А через секунду передо мной появился сархат. Я не видела лица, тела, лишь силуэт, но совершенно точно чувствовала его ласковый взгляд, направленный прямо в мою душу.
"Почему плачешь?" — коротко спросил он, наклоняясь ближе.
— Я уснула, и прожила прекрасную жизнь, о которой всегда мечтала, — стирая с щек слезы, отвечала я вслух. — А потом проснулась и вспомнила, что у меня нет ничего из этого. Ни любви, ни дочери, которую я потеряла семь лет назад, ни мужа.