Дядя Мии поправляет воротник, потом снова заглядывает мне в глаза.
- Правила Фонда… сложились еще в Средние века. Если бы не уникальные обстоятельства, вы никогда не слышали бы про аукцион…
- У нас с тобой контракт, - прерываю его. - С меня деньги, с тебя услуга.
- Да, - соглашается дядя Мии, - но дело в том, что вы уже нарушили несколько пунктов.
После этого он достает из чемодана бумаги и указывает мне на мелкие строчки.
- Во-первых, девушка ни в коем случае не должна проживать с вами до свадьбы.
- Ты вообще-то ее чуть не потерял.
Дядя Мии кивает.
- Именно по этой Фонд допустил то, что случилось.
- Второе, все выплаченные за контракт деньги должны быть исключительно вашими.
- Господин из Швейцарии хочет свои два миллиона обратно?
- Да. И если вы планируете их мне передать, то мы закроем все разногласия.
- Нет, - ненавижу беспочвенное вымогательство, потому что девушка уже моя и, похоже, только у меня-то она и может находиться.
Даю понять, что все сказал. Тогда дядя Мии укладывает договор в портфель и тихо собирается.
Теперь я даже перестал сомневаться в том, что выкупить Мию было нормальной идеей.
Закрываю лицо руками и откидываюсь на спинку стула.
Я конечно рисковый, но я не идиот.
Открываю ноут и загружаю программу, в которой на карте появляется алый огонёк. Моя охрана засунула в пальто этого старого урода точно датчик слежения.
К счастью мужик настолько серьёзно принимает меня за иностранного идиота, что вообще не печется о безопасности.
Прямо в машине звонит кому-то из Фонда.
Вот ни разу кроме случая с парашютом еще не подводило чутье: меня действительно собираются кинуть. Тот самый швейцарец прицепился к Фонду с тем, что деньги, отданные за Мию все-таки его, и приплел к этому юриста.
Дядя в этом случае теряет аж два миллиона. Именно за этим родственник Мии и вызвал меня сегодня на разговор - рассчитывал, что я эту проблему решу. Но у меня сейчас нет таких свободных денег.
Утром гости собираются в ресторане.
Дядя Мии является за полтора часа до назначенного мероприятия в сопровождении каких-то хмырей, один из которых представляется юристом.
- Дмитрий Витальевич, мы вынуждены расторгнуть сделку, - начинает. - И вернуть вам ваш миллион.
Ярость подкатывает к горлу. Наверняка старый хрен стряс еще один миллион со швейцарца и перезаключил сделку.
Чуть наклоняюсь вперёд.
- Увы, джентльмены. Мия принадлежит мне по вашему сраному контракту.
- Вы не можете.
- Вон там, - указываю взглядом на разодетую девушку, - сидит светский обозреватель Воуг.
Я пустил слух о том, что чудом выживший русский олигарх решил срочно сыграть свадьбу с никому не известной девушкой.
Пресса слетелась как мошки на свет вечернего фонаря.
Для большего ажиотажа я назвал мероприятие сугубо конфиденциальным. Было забавно наблюдать за их попытками прорваться в ресторан.
- Я сейчас выйду к представителем прогрессивного человечества и расскажу, что у вас подпольно процветают сердневековые порядки.
Представители Фонда тут же меняются в лицах.
На лбу дяди бегущей строкой написано: "Ублюдок. Два миллиона зажал".
Может и так, а может я не люблю, когда меня обманывают.
- Ладно, - смотрю на часы, - пора встречать невесту.
Специально пригласил Мию на час раньше.
Дядя увязывается за мной.
- Это неслыханная наглость! - цедит сквозь зубы. - Вы планируете плюнуть в лицо большому количеству древних семей. Вам закроют въезд!
Тоже мне расплата!
Хватаю его за рукав.
- Послушай, мне срать на твой орден. Я выиграл аукцион, а потом взгрел никак не хотевшего угомониться конкурента и я не хочу слышать про то, что ты при этом встрял в какой-то юридический эксцесс. Попробуешь устраивать мне неприятности, я найду как натянуть тебя за аукцион.
Дядя останавливается.
Толкаю его к стене.
Следует буквально минутная пауза в течение которой я успеваю выйти на подъездную дорожку и взглянуть на удивительно прекрасную невесту.
Дядя вылетает следом и что-то опять бормочет. Тогда я со всей силы бью ему в нос.
Давно хотел это сделать.
- Представляешь, - говорю ошеломленной Мии, - оказывается, он против нашей свадьбы.
Пресса слетается на сенсацию как потревоженное воронье.
- Ты пожалеешь, - шипит урод.
Уверен, теперь в их кодексе будет чётко прописано: "не звать русских". А въезд пусть только попробует закрыть.
Я пригласил нормального юриста. Он и подтвердит, что совершеннолетия девушка вправе решать свою судьбу сама.