Вообще я должна была бы радоваться и благодарить судьбу - одергиваю себя и бреду искать спальню.
Кровать большая и удобная, застеленная белым, хрустящим от чистоты бельем.
Я очень долго верчусь там, вздрагивая от каждого шороха. Ведь я в самом деле жду, когда он вернется и думаю о том, что он делает в баре. Приглядывает себе женщин, раз я в близости отказала?
Эта мысль заставляет холодеть.
Мне обидно и я не понимаю своей логики и чувств.
Наутро Покровского в постели так и не оказывается.
Это неприятно бьет по самолюбию.
“Где же он ночевал?” - вертится в голове.
Может, лучше было бы, если бы он остался здесь? - думаю я, выходя из ванной.
И тут в стекло врезается снежок.
Вздрагиваю.
Слава богу, я уже успела одеться и даже высушить волосы.
- Выходи на улицу! Есть разговор! - это Майк.
Глава 15
Мия
Подхожу к окну и даю понять, что не поняла в чем смысл приглашения.
По правде, раньше за разговор с незнакомым мужчиной мне могло бы серьезно влететь и я искренне наслаждаюсь тем, что могу хотя бы в этом аспекте обрела толику независимости.
- Ну… - Майк заминается. - Как я понял ты же одна.
И тут же мне приходит в голову вчерашний вечер.
Похоже на то, что он прав. Я осталась одна и еще не могу понять, плохо это или я могу считать случившееся своим везением.
Сердце колет чем-то невероятно тонким и невидимым: как-то все неправильно.
- Хорошо, - голос почти не приходится напрягать, потому что открыта фрамуга, сквозь которую в комнату проникает холодный воздух.
- Выходи! Позавтракаем! - кричит он и удаляется.
Я досушиваю волосы и пожимаю плечами. В конце концов, это единственный человек, которого я здесь знаю. Глупо отказываться от предложения.
К тому же я понятия не имею, где ночевал мой муж. Неужели по этому поводу я не могу себе позволить воспользоваться обретенной свободой?
Тем более, что еще буквально неделю назад я не могла даже на такое рассчитывать.
Одеваюсь так, как я себе представляю стиль и современность. Мы с Дмитрием мало что с собой захватили из моего нового гардероба, но вещи дорогие и качественные - мне нравятся.
На всякий случай кладу ключ-карту в карман, а в голове тем временем проносится: уж не сбежать ли? Майкл похоже испытывает передо мной что-то вроде раскаяния. Может он мог бы подбросить меня до аэропорта?
А там я отправляюсь в Азию, как и мечтала. Потеряюсь на бесконечных рисовых полях и чайных плантациях.
Отличный план!
День солнечный и у выхода меня накрывает тень. Вздрагиваю. На мгновение мне кажется, что это Покровский. И в этот момент меня раздирают противоречивые чувства: хочется, чтобы схватил за плечи и прижал и в то же время это же провал всей операции!
Поднимаю голову.
Передо мной всего лишь Майкл.
В голове продолжает зудеть неприятная мысль, словно сонная муха: “Так где же мой муж? С кем?”
Отмахиваюсь от нее.
Он не муж, а просто какой-то случайный мужчина, которому я, к слову, вообще ничем не обязана.
- А где Маша? - это первое, что срывается у меня с губ, когда я смотрю на своего… как же его назвать? Спутника?
Майкл пожимает плечами.
- Спит.
- М-м-м… - мы идем по заснеженной дорожке обратно к ресторану. - А ты не думал, что она захочет позавтракать в твоей компании?
Он пожимает плечами.
- Для нас это совершенно нормально.
- Что?
В голову отчего приходит определение “шведская семья” и я чувствую, что у меня некстати вспыхивают щеки.
- Замерзла? - живо реагирует на это Майкл и поправляет мой шарф.
- Нет, - отстраняюсь, сама не понимая собственных чувств, ведь раньше, когда я была еще подростком, мечтала, чтобы именно этот мужчина ко мне прикоснулся. А сейчас… все не так?
Может быть, именно потому, что Майк слишком крепко ассоциируется теперь со смертью моих родителей?
- Я сама, - убираю его руки и занимаюсь шарфом.
- Ну… Мари, - произносит он, - часто спит до двенадцати. А потом работает. Мы привыкли раздельно проводить утро. Так что если ты думаешь, что она ревнует…
Тут же мы встречаемся взглядами.
“Я бы ревновала”, - проскальзывает в голове.
Майкл смеется, как будто считав это мое чувство.
- Мы доверяем друг другу! Сама Мари говорит, что это несовременно. Ну знаешь, у каждого из партнеров должно быть личное пространство, свобода выбора.
Хмыкаю.
Сказать бы это моему дяде.
- Доверие говорит о зрелости личности, - продолжает свою тираду Майкл.
Пинаю мыском сапога комок снега. Значит, я вот совсем незрелая, если учесть то, что я ревную Покровского вообще непонятно к чему. Очевидно, что он не мой мужчина, а я вот постоянно думаю, где Дмитрий ночевал.