"Закрой глаза, Макс, - прошептала Кристина. - Сосредоточься на моём голосе и отпусти всё остальное".
Ее голос, прямо как бальзам на душу, уговаривал меня провалиться в транс. Где-то в глубине сознания у меня было смутное предчувствие, что скоро придется столкнуться с какой-то загадочной хернёй, своими внутренними демонами.
"Оглянитесь вокруг. Верни себя в прошлое. Что ты видишь? - мягко спросила Кристина.
Под её руководством я растворился в себе, чувствуя, что моё сознание скользит к сну. Передо мной замелькали картинки, я оказался там - в сердце африканских джунглей. К моему удивлению, всё оказалось проще и быстрее, чем я думал.
"Я вижу джунгли", -- произнес я с легкой дрожью в голосе. Вокруг материализовались пышные шумные заросли, полные жизни и звуков животных. Я почувствовал тяжёлый мускусный запах, пропитывающий воздух. Взгляд привлек лагерь на поляне.
- Расскажите еще. Обычно самые неприятные и страшные воспоминания врезаются в память сильнее всего. И от них труднее всего избавиться", - сказала Кристина голосом ученого.
"Вижу воинов племени с оружием, - продолжил я, описывая их свирепые лица и блеск копий с дубинами. Руки начали подрагивать, жалею что забыл свой антистрессовый мячик.
Картина была смазанной , далеко не HD качества. Образы воинов мелькали на краю моего сознания, извиваясь, как гадюки. Лица их разрисованы замудренными символами, понятные только им самим. Они собрались у ревущего костра, их все более неистовые песнопения и барабанный бой захватывали внимание.
"Племя собралось в огромный круг, скандируя и раскачиваясь в такт барабанам в густом дыму костров". - бормотал я, будто в трансе.
"Сосредоточьтесь на центре", - раздался голос Кристины.
"Четыре человека, - прошептал я, - связанные, дрожат от страха, что эти ублюдки с ними сделают. А те только ухмыляются да пялятся волчьими глазами. В их взглядах одно читается: кровь и жажда".
"Сосредоточься, Макс, - звала Кристина. - Посмотри на них, назови их по имени".
В центре круга что-то происходило, но я никак не мог разглядеть, что именно. Будто сама темнота окутала всё, не давая разобрать детали. Откуда-то издалека доносились резкие крики, то ли животных, то ли людей...
"Я не смогу этого сделать, - говорю, и голос срывается. - Не могу вспомнить. Это слишком".
Понимаю, что в центре должны быть мои друзья. Пытался представить их лица, но все размыто. Мозаичные воспоминания не дают разглядеть их лица, голоса тонули в шуме барабанов и песнопений. А я лежу, и всё тело напряглось от ощущения, что за гранью сознания таится нечто зловещее. Откидываюсь на спинку дивана, задыхаясь, пока ужас сжимает меня за яйца.
"Иногда воспоминания слишком травматичные, Макс, - мягко, но настойчиво сказала Кристина. - Давайте не будем прерываться, я верю, что смогу вернуть вас в тот момент 5 лет назад в Африке и показать, что там произошло на самом деле".
Я согласился и попросил пять минут передышки, чтобы успокоиться и перевести дух. Затем голос Кристины опять стал твёрже и властнее, пока я расслаблялся:
"Сделайте глубокий вдох и вернитесь в тот злополучный момент".
Я вздрогнул, но доверился доктору и, к удивлению, довольно легко оказался в тех воспоминаниях. Как говорится, страхи запоминаются лучше всего?
"Вы видите его - своего похитителя? Он прямо перед вами".
"Да, вижу", - кивнул я, ощущая как пот выступает на шее. Ясно представил вождя - огромная грозная фигура, возвышается надо мной, жалким насекомым у его ног.
"Сейчас, Макс, - голос Кристины опять прорвался сквозь охвативший меня страх. - Почувствуй его тело, пульс крови. Посмотри его глазами, ощути его эмоции".
Я задумался - какие чувства может испытывать дикарь по отношению к нам, связанным пленникам? Ненависть? Презрение? Безразличие? Как я вообще могу ощутить себя на его месте?
Я собрал всю волю в кулак и позволил сознанию погрузиться в тело вождя племени. Звуки вокруг нарастали, жужжание насекомых и щебет птиц достигли предела, но был и другой низкий гул, от которого вибрировала земля.