— Знаю, знаю. Не беспокойся. Я все сделаю правильно.
— Ладно.
Фрэнк огляделся, но не заметил ни одного полицейского или охранника. Нагнулся и поцеловал Лулу в щеку.
— Ну давай, малыш.
Лулу вошла в ювелирный магазин. Продавец поднял глаза, увидел ее. Положил бумажные салфетки и аэрозоль на прилавок и тепло ей улыбнулся. Со своего наблюдательного поста Фрэнк увидел, как Лулу вытащила пистолет из сумочки и направила ствол прямо в изумленное лицо продавца. Что-то сказала, Фрэнк не слышал что. Продавец кивнул, выдвинул темно-вишневый лоток из-под прилавка. На лотке вились тяжелые золотые цепочки. Продавец ссыпал их в раскрытую сумку Лулу.
Лулу взвела курок. Какой звук. Последний тик-так последних в мире часов. Ствол уставился в мокрый лоб продавца. Лулу сказала:
— Привет, лопух, — и спустила курок.
Глава 17
«Корвет», как и прежде, мчался навстречу гибели, пробив блестящим носом шлакоблочную стену. Но что-то, кажется, изменилось. Теперь на коленях у водителя сидела рыжая девушка. Уиллоус точно помнил, что в прошлый раз она была блондинка.
Все прочее, однако, не претерпело метаморфоз. На Бобе красовался все тот же синий комбинезон, расстегнутый на мохнатой груди, а размокший окурок дешевой сигары все так же воинственно торчал изо рта.
Боб ткнул сигарой в сторону Уиллоуса и сказал:
— А, легавый. Где ваша дамочка?
Уиллоус улыбнулся, чтобы смягчить слова:
— Там, где она не слышит твои дурацкие дискриминационные замечания, Боб. Скажи спасибо.
Верхняя губа Боба скривилась. Показались гнилые зубы. Он издал звук, будто спустили воду в туалете, повернул голову и сплюнул на пол шмоток табака.
— Джоуи ищете?
— Он здесь?
— Не-а.
— Знаешь, где он?
— Я могу только, как вы, детектив, догадки строить. Даже хуже, потому что вы-то успели получиться.
Опять словно спустили воду. Лицо Боба цветом и фактурой напоминало обожженный кирпич. Уиллоус сообразил, что он смеется.
Хозяин поскреб грудь. Повертел в грязных пальцах серебряную медаль Святого Христофора.
— Джоуи не явился сегодня на работу. И не позвонил предупредить, что заболел. Я бы сказал, влился в ширящиеся ряды безработных. — Боб помахал сигарой. — Спички есть?
— Нет.
— Мне плевать, а то, если б я решил его застукать, я бы первым делом заглянул к нему в спальню. Вечно он клевал носом во время обеда. Войдете на цыпочках, тихо-тихо, а он дрыхнет, сопит в обнимку с подушкой.
Паркер включила зажигание, пока Уиллоус шел к машине. Он уселся и захлопнул дверцу. Паркер спросила:
— Что случилось? Джоуи не пожелал с тобой разговаривать?
— Его там не было, дамочка.
— Дамочка?
— Так тебя Боб назвал. Дамочка.
Паркер сняла машину с тормоза.
— Где Джоуи?
Уиллоус пожал плечами.
— Он не явился утром на работу и не позвонил.
— В бегах.
Уиллоус усмехнулся.
— Может быть.
— Дома?
— Наверное, стоит попробовать.
Паркер включила первую скорость.
— Напомнил мне старую хохму. Как называется человек без рук и без ног, которого сварили с морковкой и луком?
— Боб, — сказал Уиллоус, разваливаясь на сиденье.
— Ты знал?
— Это старая хохма. Ты же сама сказала.
— Еще один урок.
— Какой такой урок?
— Никогда не рассказывай старику старые хохмы. — Паркер отъехала от тротуара. Стоял жаркий день. В машине не было кондиционера. Уиллоус скинул куртку и опустил окно. Кобура мешала. Он отстегнул ее и положил на сиденье. Паркер взглянула на него, но ничего не сказала.
Уиллоус спросил:
— Ты смотрела геомагнитную обстановку в сегодняшней утренней газете?
— Я никогда не читаю эту муру.
— Что, геомагнитную обстановку?
— Нет, утреннюю газету. Да, собственно, она и газетой перестала называться. Теперь это бульварный листок.
— Ну и что. У них нет вкладки. А без вкладки это не бульварный листок.
— Без чего?
Уиллоус усмехнулся.
— Без пикантной фотографии какой-нибудь красотки.
— Кончай, Джек. — Паркер надоело тащиться в хвосте у впереди идущей машины. Она перестроилась и прибавила скорость.
Уиллоус высунул руку из окна, с переменным успехом пытаясь заслонить лицо от влажного липкого воздуха. Некоторое время спустя он сказал:
— К вопросу о пикантных вещах. Не хочешь где-нибудь остановиться, заморить червячка?
Паркер улыбнулась.
— Нет, — сказала она. — Не хочу.
Перед домом Джоуи Нго стоял блестящий черный «ягуар». Поначалу им показалось, что человек на крыльце стучал в дверь. Но, когда они подъехали ближе, Уиллоус разглядел, что человек проворно заделывает отверстия от пуль.